«Мама мечтала о том, чтобы помыться перед смертью»

Текст, фото: Антонина Кябелева

Внешне двухэтажный деревянный дом, расположенный в Петрозаводске на улице Муезерская, 57, выглядит вполне прилично. Но это издалека, если не приглядываться и, главное, не заходить в подъезд. 

В редакцию нашего издания обратилась Татьяна (по ее просьбе мы изменили имя), которая прожила в этом доме больше сорока лет. Обратилась скорее от отчаяния, чем в надежде, что что-то изменится. 

История Татьяны похожа на судьбы многих людей, которые родились в старых деревянных домах, давно отживших своей век. В небольшой двухкомнатной квартире Татьяна жила с мамой с рождения, потом с мамой и двумя сыновьями. 

«Бороться я начала в 2011 году, когда родился второй сын. Старший сын все детство болел, у младшего сформировалась астма. Врачи говорили, что, живя в таких ужасных условиях, я рискую здоровьем детей. Мы много лет стояли в очереди на улучшение жилищных условий», 

– рассказала Татьяна. 

Image

В доме нет централизованной канализации, только выгребная яма, печное отопление, холодная вода. Женщина пыталась признать квартиру непригодной для проживания, но этого сделать ей не удалось, а в суд иск она не подавала. 

«Совсем тяжело стала, когда ослепла мама. Ей присвоили первую группу инвалидности. Печки в доме полуразрушенные. У нас везде поставлены обогреватели, но зимой они не справляются, все равно очень холодно. Да и опасно, так как проводка старая, и в первом подъезде даже был пожар. Когда мама перестала ходить, я ее тащила на кухню, расстилала на полу клеенку, грела воду и так пыталась мыть», 

– на глазах у Татьяны навернулись слезы.

Image

Она все же добилась для мамы выделения в маневренном фонде 9-метровой комнаты в общежитии на улице Варламова. Там инвалид первой группы провела последние два года своей жизни. Она умерла в конце прошлого года. 

«Там хотя бы было тепло и был душ. Мама мечтала о том, чтобы хотя бы помыться перед смертью. Слава Богу, мама хотя бы умерла чистая», 

– сказала Татьяна. 

Image

Жильцы дома обращались в самые различные органы власти, просили помощи у депутатов и даже участвовали в ток-шоу «Мужское / Женское». Только в марте 2018 года администрация Петрозаводска вынесла постановление о признании дома аварийным и подлежащим сносу. Татьяна получила письмо из городской администрации, что дом планируется расселить до конца 2023 года. Появилась надежда. Но быстро растаяла. Выяснилось, что в петрозаводской администрации ошиблись. Дом на улице Муезерская, 57 и еще несколько соседних аварийных домов попали в региональную программу по переселению граждан из аварийного жилья до 2032 года. Другими словами, еще как минимум пять лет людям придется провести в невыносимых условиях.

Image

В том, что люди живут в постоянном бытовом кошмаре, легко убедиться. Едва зайдя в подъезд, вас окутывает зловонный запах канализационных стоков. Татьяна несколько лет назад вышла замуж и с младшим сыном переехала в небольшую квартиру на Кукковке. Ее старший сын вынужден жить на Муезерской. У молодого человека аллергия на кошачью шерсть, но без кошки в квартире жить страшно: крысы и мыши легко проникают в полусгнивший дом. Приходится пить таблетки от аллергии, но без кошки было бы совсем плохо. 

«Крысы регулярно сгрызают пластиковую трубу на кухне под мойкой, приходится менять раз в три месяца», 

– заметил молодой человек. 

Image

Еще одна напасть – клопы. Раз в четыре месяца, рассказала Татьяна, жители дома скидываются и вызывают специалистов, чтобы провести дезинсекцию. Но клопы прочно обосновались в стенах дома и вытравить их невозможно. 

«Тараканов в доме нет. Но от клопов не избавиться, хотя травим всем домом», 

– добавила Татьяна. 

Зимой очень холодно, пришлось поменять проводку в квартире, чтобы поставить несколько обогревателей, которые слегка поддерживают плюсовую температуру во время морозов.

Капитальный ремонт дома был сделан в 2012 году. Тогда фасад здания обшили сайдингом и отремонтировали кровлю. На официальном портале ГИС ЖКХ указано, что общий износ здания составляет 30%. Как выглядит этот 30-процентный износ в натуре, может увидеть любой желающий, зайдя в подъезд дома. Двери в подъезд всегда открыты. 

«Мой дом – не ветхий» 

Парадоксально, но пока жильцы нескольких, действительно, ужасающих аварийных домов на улице Муезерская пребывают в бесконечной борьбе за право жить в тепле, без постоянной вони, крыс и клопов, несколько семей из деревни Метчелицы Пряжинского района, напротив, со страхом ждут, когда дойдет очередь до расселения их домов. 

Image

В деревне есть несколько двухквартирных домов, находящихся в муниципальной собственности. Они расположены около автомобильной трассы Петрозаводск–Суоярви. Это старые дома, построенные еще для работников фермы совхоза «Эссойльский». Фермы давно нет, а люди продолжают жить в скромных деревянных постройках. 

Виктор прожил в Метчелице всю жизнь. Скоро отметит 60-летие. Он с женой Натальей считает дом своим, ведь прожили они здесь около сорока лет. У супругов две коровы, огород, большое хозяйство. Без всего этого привычного уклада они не представляют свою жизнь. 

«Мой дом – не ветхий», 

– уверена Наталья. 

По ее словам, дом сделан из бруса, обшит вагонкой, печи сложены на совесть. 

Image

Примерно девять лет назад, рассказала Наталья, приехали чиновники из местной администрации и предложили подписать согласие на расселение. 

«Я с дуру и подмахнула», 

– теперь корит себя Наталья. 

Виктор рассказал, что несколько лет назад он ездил в пряжинскую администрацию, чтобы выяснить ситуацию с расселением. По его словам, ему объяснили, что раз дом попал в программу расселения, то «вырваться» из нее уже невозможно. Земельные участки после сноса домов предполагают отдать многодетным семьям и другим льготникам. Виктор с Натальей вместо переселения с радостью бы остались жить в старом доме, оформив землю в собственность, но, как объяснили в администрации, получить землю можно только через аукцион. 

«Одних хотят выселить, чтобы дать землю другим. Это бред какой-то. Мы не знаем, что делать», 

– перебивая друг друга, говорили супруги.

Image

Их сосед Тимофей тоже не хочет никуда уезжать: «Я здесь живу с рождения». Его сестра Людмила хочет остаться в деревне. Правда, Тимофею повезло: как участнику СВО ему удалось получить в деревне рядом с домом, где он живет, участок земли под ИЖС. По его словам, пришлось полтора года ходить по инстанциям. 

Но у него хотя бы есть «страховка» в виде участка земли, на котором он планирует построить дом. А вот Виктор с Натальей даже не хотят представлять себе будущее за пределами родной Метчелицы. 

Казалось бы, программа расселения аварийного жилья должна делать жизнь граждан лучше, а не ввергать их в уныние. Но почему-то в Карелии все идет по «обкатанной схеме»: хотели как лучше, а получилось как всегда. Одни семьи годами мечтают переехать из полупрогнивших домов, а другие в ужасе от перспективы переселения.