Черные сливы Белого моря

В окрестностях Кеми заброшенные военные нефтехранилища уже несколько лет загрязняют окружающую среду. Почва на прилегающей к ним территории пропитана остатками горюче-смазочных материалов, которые затем попадают и в воду реки, протекающей через весь город, ставя уже под угрозу безопасность людей. Почему опасные объекты предоставлены самим себе и кто должен нести за это ответственность? «ТВР-Панорама» искала ответы.

Место посадки инопланетян

В 2010 году по реке Пуэте, протекающей через весь город и впадающей затем в Кемскую губу Белого моря, поплыли масляные пятна. Это случалось и раньше, но в таком количестве было впервые. Прокуратура Кемского района провела проверку. Оказалось, что нефтеотстойник одной из организаций, находящийся у моста поблизости с железнодорожным вокзалом, переполнился и загрязняющие вещества попали в воду. Но после того как реку и берега очистили, горожане стали замечать, что проблема не исчезла - пятна по реке продолжают плыть. Тогда прокуратура провела еще одну проверку. Перед помощником прокурора Александром Изосиным, которому было поручено найти источник загрязнения в лесу за железнодорожным мостом, предстала поистине постапокалиптическая картина заброшенного военного склада ГСМ, где гигантские нефтехранилища, по его словам, напоминали место посадки инопланетного корабля. Всего было обнаружено около 8 ёмкостей глубиной примерно 15 метров и диаметром 20 метров. Из окружавших их песчаных насыпей шли дренажные трубы. Помимо этого, на  территории склада, как следует из отчета Изосина, расположены 19 полуподземных хранилищ, заполненных нефтепродуктами, - от нескольких сантиметров до полутора метров. Везде разбросаны бочки с остатками нефтепродуктов, а также шланги. 

По запросу прокуратуры в границах земельного участка было проведено исследование воды. Содержание нефтепродуктов на момент исследования было превышено в пять раз и более. 

Для прокуратуры в тот момент не составило особого труда найти ответственного за это загрязнение. Как говорится в исковом заявлении, объекты, обнаруженные Изосиным, ранее эксплуатировались войсковой частью № 52240 и находились на балансе Кандалакшской квартирно-эскплуатационной части района (КЭЧ). Кандалакшский районный суд Мурманской области в ноябре 2010 года обязал ее произвести очистку территории и консервацию объектов в срок до 1 марта 2011 года. Однако организация не смогла выполнить указанные требования, потому что прекратила свое существование из-за реорганизации, начавшейся 31 января 2011 года. Судебные приставы по Мурманской области установили, что ее правопреемником стало Северо-Западное Управление имущественных отношений Министерства обороны РФ. На него и были возложены обязанности по консервации.

Все по новой

Прошло несколько лет, а нефтехранилища как были, так и стоят, постепенно разрушаясь от времени.

Заброшенные нефтехранилища

В редакцию «ТВР-Панорамы» от лица местных жителей обратились депутат Кемского городского совета Андриян Володько и председатель Кемского районного совета ветеранов войны и труда Валерий Гордиенко, которые пытаются добиться исполнения судебного решения.

- Раньше в Пуэте купались дети, водилась рыба, - вспоминает Володько. - Сейчас река превратилась в клоаку. Зимой вода в ней не замерзает и над поверхностью стоит зловонный туман, летом от реки пахнет еще хуже. 

Слова депутата подтверждают и местные жители. Пуэта давно стало именем нарицательным в Кеми, если речь идет о грязной реке. Жители рядом стоящих домов жалуются на тяжелый речной запах и говорят, что болеют различными легочными заболеваниями. 

Чтобы узнать, каково качество речной воды, наша редакция обратилась в территориальный отдел Роспотребнадзора по РК в Сегежском, Беломорском, Кемском и Лоухском районах.

Из ответа следовало, что в рамках программы социально-гигиенического мониторинга (СГМ) изучаются микробиологические, санитарно-химические, и органолептические (благоприятные для органов чувств) показатели. Об анализе на нефтепродукты и некоторые другие вещества, «содержание которых в рамках СГМ не предусмотрено», говорилось, что они нормируются СанПиН.

- Эпидемиологическая ситуация в городе пока спокойная, - говорилось в ответе. - Качество питьевой воды изучается в соответствии с требованиями СанПиН, один раз в месяц в рамках СГМ. Кроме этого, исследования проводятся в ходе плановых проверок юридических лиц. 

Своим путем

Тогда мы - журналист «ТВР-Панорамы» и местный эколог - выехали на место, чтобы самим увидеть картину загрязнения.

Все, что описывал помощник прокурора Изосин три года назад, осталось без изменений. Мы увидели и разбросанные бочки, и землю, пропитанную мазутом.

2010 г.

2013 г. ...А воз и ныне там

На наших глазах из дренажных труб, которые проведены из каждой емкости, на землю сочилась вода с характерным запахом нефтепродуктов. В окрестных лесах она образовывала лужи с таким же запахом, которые, как нетрудно догадаться, во время дождей собирались в ручьи и стекали в Пуэту, находящуюся всего в сотне метров. По берегам Пуэты в этом месте не было пышной растительности и стояла абсолютная тишина. «В воздухе нет комаров, которые, по идее, должны обитать в большом количестве в этой болотистой местности. Но ведь всем известно, что лучшим средством борьбы с этими насекомыми является бензин. При попадании на воду он образует пленку, в которой погибают личинки», - пояснил это молчание эколог. 

В границах участка  - из луж, расположенных в лесу, и из реки, протекающей рядом, мы взяли пробы воды и отправили их на исследование в независимую лабораторию. Проведенный анализ показал, что содержание нефтепродуктов в воде, отобранной в границах участка, превышено в 16 раз, а в самой реке находится в пределах нормы. 

- В отсутствии каких-либо современных объективных данных, все-таки пробы отбирались не специально обученными сотрудниками лаборатории, а вами самостоятельно, могу лишь сказать, что река обладает способностью к самоочищению, - прокомментировал результаты научный сотрудник института водных проблем Севера КарНЦ РАН Александр Литвененко,  - но эти способности не безграничны, поэтому нужно изучение, того, что там сейчас происходит.

А изучение действительно необходимо. Как оказалось, каких-либо исследований о состоянии окружающей среды района загрязнения в последние годы не проводилось. В последнем издании «Государственного доклада о состоянии окружающей среды Республики Карелия за 2011 год» (за 2012 год еще готовится к печати) река Пуэта вообще отсутствует в перечне рек, чьи значения загрязненности были установлены. Однако еще в госдокладе за 1994 год она называется наиболее загрязненной рекой бассейна Белого моря. Среднегодовые значения содержания нефтепродуктов в её воде уже тогда превышали предельно-допустимые концентрации в 2,2 раза. 

В администрации Кеми на вопрос о загрязнении Пуэты лишь развели руками. Глава городского поселения Игорь Пигалкин много и долго рассказывал, что ее очисткой  должны заниматься те, кто в ответе за попадание в воду вредных веществ. Но зачастую установить их не так-то просто.  Да и к тому же Пуэта впадает в Кемскую губу Белого моря, поэтому не угрожает городскому водозабору. Правда, потом городской глава все-таки признал, что река загрязняется не только нефтепродуктами, но и сточными водами из окрестных домов. А вот это уже настоящая головная боль местной власти. Ведь у города нет очистных сооружений, а тут уж, сами понимаете, не до нефтехранилищ.

КЭЧ или не КЭЧ?

Чтобы привлечь внимание к проблеме объектов, заброшенных военными, ущерб нанесенный которыми еще предстоит установить, депутат Володько в течение последних двух лет обращался во многие инстанции - прокуратуру гражданскую и военную, Управление Росприроднадзора по республике Карелия (вся переписка имеется в распоряжении нашей редакции). Однако нигде не смог получить вразумительного ответа. Вот, например, ответ из Росприроднадзора гласит, что «до настоящего времени не определен список должностных лиц Федеральной службы в сфере природопользования и ее территориальных органов по исполнению контрольно-надзорных мероприятий в отношении Министерства обороны РФ, поэтому провести проверку данных объектов невозможно». 

Таким, мягко говоря, завуалированным образом карельские чиновники предпочли самоустраниться от решения застарелой кемской проблемы. 

Не прояснили ситуацию, а только больше запутали ответы прокуратуры и судебных приставов, призванных контролировать исполнение судебного решения. В ответе УФССП по Мурманской области от 3 октября 2012 г. говорится о том, что ответчиком по делу стало Северо-Западное управление имущественных отношений Минобороны РФ, расположенное в Санкт-Петербурге, поэтому решается вопрос о передаче его на исполнение судебным приставам Северной столицы, а всего через пару недель, 22 октября, Кемская прокуратура сообщила депутату, что 11 октября 2012 года дело было передано в петербургское УФССП.  

При этом департамент имущественных отношений Минобороны РФ и вовсе переложил ответственность на своих коллег. В их ответе на депутатский запрос говорилось, что полномочия по содержанию производственных объектов лежат на департаменте капитального строительства Минобороны РФ. 

Однако самый удивительный ответ ждал депутата от заместителя руководителя департамента планирования и координации материально-технического обеспечения Минобороны РФ. В нем черным по белому было написано, что по имеющимся в Минобороны РФ данным, в Кеми дислоцировался склад горючего Ленинградского военного округа, расформированный в 2002 году, и что «с момента расформирования и по настоящее время информации о загрязнении на его территории в адрес Минобороны России  не поступало». Для принятия решения о проведении работ по очистке депутату предлагалась предоставить  документы, а именно копию решения суда, фотоматериалы и копии переписки и документов.

Однако о каком Ленинградском военном округе идет речь, если ответчиком по делу «о нефтепродуктах» была Кандалакшская КЭЧ, которую суд обязал произвести консервацию? Почему кандалакшские судебные приставы не могли определиться с передачей дела в Санкт-Петербург до октября 2012, если еще весной 2011 узнали о том, что преемником КЭЧ после ее исчезновения стало Северо-Западное управление имущественных отношений Минобороны РФ, расположенное в Северной столице? И почему наконец бездействуют петербургские судебные приставы?

Забыли или потеряли?

Чтобы выяснить в чем дело, «ТВР-Панорама» направила запросы в УФССП Кандалакши, Санкт-Петербурга и в Министерство обороны РФ. Первые два ведомства мы попросили рассказать на каком этапе сейчас находится исполнительное производство по «кемскому делу». Второе — ответить, включалась ли консервация заброшенных нефтехранилищ в какие-либо программы и выделялись ли на эти цели средства.

От УФССП Кандалакши мы не дождались никаких комментариев. От их коллег из Санкт-Петербурга нас ждал неожиданный ответ. По телефону нас предупредили, что информация не может быть предоставлена в положенные сроки, так как у них об этом деле нет данных. 

Официального же ответа от Минобороны через положенные семь дней мы также не дождались. В телефонной беседе источник в федеральном ведомстве предположил, что данные по нему будет сложно найти. «После реформы и реорганизаций это будет непросто и займет очень много времени», -  сказал собеседник. 

Получается, что опасные объекты, представляющие угрозу для окружающей среды, будут оставаться предоставленными самим себе еще неизвестно  сколько времени из-за того, что ведомства не могут разобраться, кому за это нести ответственность. При этом они легко могут оправдываться тем, что каких-либо научных доказательств, подтверждающих опасность загрязнения, не имеется. Разве не должны компетентные органы заинтересоваться этим? Ведь если решение суда останется без внимания вообще, то на что тогда  можно рассчитывать в современной российской действительности?

Расследование выполнено при поддержке Датской ассоциации журналистов-расследователей SCOOP.