Койккола, восемь домов и одно большое сердце

Текст, фото: Алина Гапеева

На въезде в деревню Коккойла путника встречает самодельная табличка: «Добро пожаловать». И это не просто формальность – здесь действительно рады каждому гостю.

История не исчерпана

Деревня Коккойла в Пряжинском районе – место крошечное. Ее единственную улицу можно неспешно пройти минут за десять, разглядывая по пути каждый куст. 

Image

Вся деревня – восемь домов. Они живописно разбросаны по пригоркам, словно ягоды клюквы на кочках: все как на ладони, уютно и открыто. На самом высоком месте возвышается старинная часовня. Вокруг нее – аккуратно выкошенная трава. Чуть поодаль примостился самодельный указатель «Парковка». 

Image

Буквально в нескольких шагах от часовни живет Александр Николаевич Новожилов. Его знают все как человека, который стал для Коккойлы настоящим хранителем. В свои семьдесят он крепок, как лесной боровичок, и на удивление подвижен. В прошлом Александр Николаевич – водитель скорой помощи, привыкший к напряженному ритму жизни. Сейчас он живет в Петрозаводске, но городская суета не смогла вытеснить из сердца тягу к родным местам. Как только выдается свободная минута, он садится за руль и спешит сюда, в деревню, где прошло его детство и где душа отдыхает от всех забот.

Александр стал для нас не просто собеседником, а настоящим проводником в историю этих мест. Деревня здесь, как оказалось, с богатым прошлым, которое он знает до мельчайших деталей. Правда, архивные данные о ней довольно скудные. Согласно историческим документам, деревня Коккойла появилась на карте в 1865 году. Известно, что в послевоенный период, с 1945 по 1956 годы, деревня административно относилась к Каскеснаволоцкому сельскому поселению. В те же годы, с 1948 по 1956-й, здесь работал «Совхоз им. Ворошилова».

Вроде бы история на этом исчерпана, однако Александр вспоминает и другое название – колхоз «Аурико». Сюда, в Коккойлу, его маленьким мальчиком привозили к бабушке и дедушке, и с тех пор эти края и стали для него родными. Он с гордостью показал свою родословную – исписанный вдоль и поперек альбомный лист, где имена, фамилии и стрелочки сплетались в сложную семейную историю. Среди них – двое дядей, не вернувшихся с Великой Отечественной войны.

Image

Александр Николаевич радушно пригласил в дом, где прошло его детство. В деревне его до сих пор называют «домом Кипрушкиных» – именно у наследников этой семьи его дед с бабушкой выкупили избу сразу после войны. Зданию уже больше ста лет, и на фоне современных дачных построек оно выглядит особенно величественно: крепкий сруб, добротный подклет, высоко над землей расположены небольшие оконца. 

Image

Когда-то рядом стоял амбар, но его давно перевезли на остров Кижи, где он теперь красуется как памятник деревянного зодчества. А здесь, в Коккойле, Александр Николаевич в одиночку бережет память о предках, поддерживая старинный дом в порядке.

В Москву – с комодом

Наследник дома привычным жестом проворачивает ключ в старом замке. Дверь поддается с глухим скрипом, и в нос сразу бьет густой, ни с чем не сравнимый «дух прошлого», который невозможно подделать.

Когда-то его дед, Егор Петрович Гагарин, привез в этот дом свою жену, Марфу Васильевну, из соседнего Савинова.

«Бабушка, бывало, напечет калиток – с картошкой, с пшеном, достанет из печи горшок с топленым молоком, а я, мальчишкой, первым делом пенку пальцем снимал. Наешься до отвала – и бегом на улицу», – улыбается мужчина, глядя в окно.

Рассказы местных стариков он отлично помнит. Сразу после войны в Коккойле было всего три дома. Ни клуба, ни совхоза, никакой инфраструктуры. Но семья деда жила крепко, своим хозяйством: держали корову с теленком, бычка, двенадцать овец и полный двор кур.

Image

Проходим в кухню. Здесь все по-прежнему: массивная русская печь, крепкий стол у окна.... Сейчас в комнате почти пусто, лишь у стены стоит старинный комод – из тех времен, когда здесь жила большая семья. Вещь эта приметная, недаром даже столичные туристы глаз на нее положили. Как рассказывает Александр Николаевич, один гость из Москвы так загорелся покупкой, что готов был любые деньги отдать, лишь бы забрать его с собой.

«Я тогда только усмехнулся. Сказал ему: «Ты как себе это представляешь? Как ты с этим комодом в Москву поедешь?» – вспоминает Александр.

Комод так и остался стоять на своем месте. В доме, где он и должен быть.

Сердце Коккойлы

Александр Николаевич утверждает, что Коккойла давно стала точкой притяжения для путешественников со всей страны. Сюда едут за тишиной, уютом и, конечно, ради главной местной жемчужины – часовни Святой Варвары. 

Image

Это сооружение середины XIX века, построенное на валунах. Строение уникально еще и тем, что его главки напоминают еловые шишки, а деревянный лемех на куполах вырезан в форме крошечных елочек. Получается настоящий хвойный лес, застывший на куполе храма. Подобной архитектуры на всем Северо-Западе не сыскать.

Ответственность за сохранность этого чуда взял на себя Александр Новожилов. Он помнит, как еще мальчишкой ходил сюда с бабушкой и дедом, а повзрослев, не смог равнодушно смотреть, как памятник ветшает: прогнила крыша, покосилось крыльцо, замолчала колокольня.

С 2005 года Александр Николаевич начал свою «битву» за часовню. Обивал пороги Министерства культуры, показывал снимки разрушающегося здания, получал отказы, но не сдавался. Его упорство победило: в итоге на реставрацию приехали те самые мастера, что восстанавливали знаменитые Кижи.

Сегодня он продолжает заботиться о часовне: сам смастерил врата перед входом на территорию часовни, вместе с сыном убирает поваленные ветром деревья, следит за порядком. Именно благодаря ему в деревне возродился праздник – теперь в последнюю субботу июля здесь собираются не только местные, но и гости из соседних поселений. Александр Николаевич даже позаботился о комфорте: установил крытые беседки, где после служб, которые проводит отец Константин из Пряжи, люди собираются за общим столом.

Image

Хранитель деревни не делает из часовни закрытый музей. Напротив, ключи от нее есть у многих местных жителей – любой может прийти, открыть дверь и побыть в этом намоленном месте. Для Александра Николаевича это живое сердце деревни, которое он сумел спасти от забвения.

Святой источник

В Коккойле есть еще одно место, которое местные жители почитают как святыню – источник, освященный в честь великомученицы Варвары. Он спрятался совсем рядом с деревней, и путь к нему теперь стал куда приятнее. Мы идем по ровной, укатанной грунтовке, которую привели в порядок только в 2024 году. Как выяснилось, и это заслуга нашего провожатого. Именно Александр Николаевич проявил настойчивость, пожаловался в министерство по дорожному хозяйству, и дорогу на участке Маньга–Коккойла–Каскеснаволок, наконец-то, отремонтировали.

Image

По пути Александр Николаевич делится историями, от которых порой становится не по себе. Александр – человек здешний, настоящий охотник и рыбак. Он знает каждую тропинку и каждую лесную ламбушку, поэтому слушать его можно бесконечно. Оказывается, волки и медведи здесь — соседи привычные, и так было всегда. Мужчина вспоминает рассказы деда: еще когда он был маленьким, волки сделали подкоп под стеной хлева и утащили козу.

И в наши дни дикие звери не дают расслабиться. Недавно один медведь устроил в деревне настоящий погром: разнес забор, вытоптал малинник и сломал яблоню. А волки и вовсе зачастили, ведут себя почти как бродячие собаки – недавно в соседнем Каскеснаволоке, что в полутора километрах, прямо из деревни утащили пса.

Пока мы разговаривали, дошли до самого источника Варвары. И тут Александр, внимательно посмотрев под ноги, заметил свежий след: медведь был здесь буквально на днях. 

У родника Святой Варвары в Коккойле всегда образцовый порядок. Александр Назаров помнит времена, когда вся деревня ходила сюда за водой для чаепитий. Он ловко мастерит ковшик из бересты и ивовой веточки. Вода здесь особенная – мягкая, бодрящая, а по местным поверьям – еще и целебная. Недаром источник носит имя святой.

Чтобы вода оставалась чистой, Александр вместе с сыном регулярно обихаживают колодец. Пришлось даже убрать бетонные кольца: в них часто попадали лягушки и не могли выбраться обратно. Теперь же живность в безопасности, а колодец дышит.

Мужчина мечтает облагородить источник, построить добротный бревенчатый сруб. Но когда обратился за расчетами в «высокие кабинеты», там насчитали 700 тысяч рублей. «Дорого, говорят», – вздыхает он.

В Коккойлу едут туристы со всей страны: от Твери до Дальнего Востока. Гости восхищаются красотой деревни, ахают, хвалят Александра за его труд, кивают в знак одобрения. Но одними восторгами постройки не укрепишь – нужны рабочие руки и средства. Александр мечтает: выиграть бы миллион, тогда бы и колодец, и другие памятные места удалось привести в идеальный вид.

Image

Сам он о себе говорит скромно, даже смущается, когда его называют героем. «Я не ради славы стараюсь, – делится он. – Просто хочется спасти нашу историю, чтобы память о деревне не стерлась».

Александр Николаевич добавляет, что раньше в каждой карельской деревне был свой «смотрящий»: в Афанасьевой Сельге – один, в Каскеснаволоке – другой, в Терусельге – третий. Люди сами берегли свой край. Он надеется, что эстафета по защите исторического наследия Коккойлы передастся сыну. Ведь пока жива память, жива и деревня.