Деньги на ветер. Вместо пожарного пирса сплошной ущерб

Текст: Антонина Кябелева. Фото: Антонина Кябелева, Томас Хайнрих 

В начале апреля 2026 года судья Прионежского районного суда Лариса Овсова вынесла решение по, на первый взгляд, не заслуживающему особого внимания делу. Но сама история, которая стала предметом судебного рассмотрения, настолько ярко показывает то, как «зарываются» бюджетные деньги, что было бы упущением не рассказать об этом.

События, которые стали предметом иска прокуратуры Прионежского района к индивидуальному предпринимателю Василию Васильеву и администрации Заозерского сельского поселения, произошли еще в 2023 году.

В селе Заозерье был старый деревянный пожарный пирс, который пришел в негодность. Глава Заозерского сельского поселения Татьяна Шалапанова заключила со знакомым ей предпринимателем Василием Васильевым договор по реконструкции пирса за 69 тысяч рублей. Договор из-за незначительности суммы был заключен по схеме единственного поставщика, то есть без проведения конкурса или аукциона. Его заключили 15 декабря 2023 года, а работы, судя по документам, были приняты и оплачены 26 декабря 2023 года.

По договору, для отсыпки пожарного пирса на участок должны были завезти щебеночно-песочную смесь, выровнять территорию, чтобы в случае пожара техника могла воспользоваться пирсом для набора воды из озера.

Правда, вместо пожарного пирса граждане получили нагромождение отходов камнеобработки, сверху «приглаженное» щебеночно-песочной смесью. В госинспекции по пожарному надзору Прионежского района пришли к выводу, что пирс, на реконструкцию которого нищий сельский бюджет выложил 69 тысяч рублей, для пожарной техники абсолютно бесполезен.

Житель Заозерья Томас Хайнрих обратился в прокуратуру с просьбой проверить то, как была проведена реконструкция пирса. В результате появился иск прокуратуры к предпринимателю Васильеву, а Заозерская администрация была привлечена в качестве соответчика. В иске прокурор указал, что произведены работы по изменению рельефа береговой полосы озера Логмозера, выявлена отсыпка в акваторию озера с использованием каменного окола разной фракции и валунов, а сама реконструкция проводилась без согласования с Росрыболовством и без оценки воздействия на окружающую среду.

Прокуратура считает, что окружающей среде был нанесен ущерб в сумме 136,4 тысячи рублей.

Участвующий в судебном заседании прокурор Дмитрий Демьяк отметил, что в 2025 году в сельскую администрацию было направлено представление об удлинении пожарного пирса, а работы должны быть завершены до 1 мая 2026 года. Прежде чем приступать к работам, нужно было получить необходимые согласования. Но как раз этого никто не сделал. Лариса Овсова поинтересовалась, кто конкретно должен был согласовывать работы, — заказчик или подрядчик? Ответа в прокуратуре на этот вопрос нет, так как законодательство четко не определяет конкретное лицо, обязанное получить разрешение в Росрыболовстве.

Татьяна Шалапанова рассказала, что деревянный пирс был непригоден для использования, и в 2021 году было решено его разобрать. По ее словам, в 2022 и 2023 году в район пирса завозился окол «разными предпринимателями». Происходило это по ее просьбе и на безвозмездной основе. Вспомнить, кто конкретно завозил каменный окол, она не смогла. Судя по ее словам, Василий Васильев просто исполнил ее распоряжение и предъявлять к нему претензии нельзя:

«Когда работаешь с индивидуальным предпринимателем, а у них не возникает вопросов, если я переговорила с ними и дала конкретное задание, мы обсудили данный вопрос и все. Не возникало никогда вопроса о том, согласовала я или не согласовала».

Шалапанова даже не предполагала, что до начала реконструкции пирса необходимо получать разрешение в Росрыболовстве. Она попросила Васильева сформировать пирс и выровнять его поверхность. Никаких документов, связанных с реконструкцией пирса, никто не составлял.

«Принимала решения по хозяйственной деятельности я самолично»,

- сказала Шалапанова.

Василий Васильев был мрачен, немногословен и, как мне показалось, раздражен:

«Надо убрать? Давайте уберем. Хотите, уберем завтра? И закончим это все дело».

Предприниматель явно не понимал, почему к нему возникли претензии.

Томас Хайнрих, который участвовал в процессе в качестве третьего лица, отметил, что размещать каменные отходы в береговой полосе вообще запрещено.

Татьяна Шалапанова согласна, что причиненный окружающей среде ущерб возник по ее вине. Она просила суд, по возможности, снизить сумму компенсации.

Лариса Овсова удовлетворила иск прокуратуры. Возмещение ущерба возложили солидарно на ответчиков, то есть на индивидуального предпринимателя и сельскую администрацию. Пока решение суда не вступило в законную силу, но учитывая, что Шалапанова свою вину признала, а иск прокуратуры удовлетворен в полном объеме, вряд ли его будут оспаривать. Солидарная ответственность означает, что теоретически возместить ущерб может одна из сторон. Не исключено, что за «самоличное» решение Шалапановой отвечать придется скромному бюджету сельского поселения.

А теперь посмотрим на эту историю, отстранивших от главных действующих лиц.

В селе, где сплошь и рядом деревянные дома, нет действующего пожарного пирса. Но есть предписание его реконструировать. Руководитель администрации договаривается с предпринимателем, так сказать, на свой страх и риск, платит ему из бюджета деньги за работы, которые никак не решают проблемы, а лишь приводят к обезображиванию береговой полосы каменными отходами. Суд соглашается с прокуратурой, что пирса нет, а ущерб есть. И, скорее всего, компенсировать этот вред придется из сельского бюджета. Таким образом, бюджет сельского поселения может потерять 200 тысяч рублей за работы, от которых нет никакой пользы, один вред. При этом глава сельского поселения, принимающая «самоличные» решения, за которые расплачивается бюджет, фактически избегает наказания.

После подобных историй язык не поворачивается сказать, что "бюджет не резиновый". А ведь Татьяна Шалапанова возглавляет администрацию больше десяти лет. Если за столь долгий период работы она не в состоянии корректно организовать работу по восстановлению пожарного пирса, то закономерно должен возникнуть вопрос о ее профпригодности.

Тем временем жители Заозерья бьют тревогу по поводу дороги, которую граждане своими силами отремонтировали год назад. В районе улицы Береговая местные жители заметили как большегрузные машины со строительными отходами отсыпают участок дороги. Все это происходит рядом с озером Логмозером.

На место уже выезжал сотрудник полиции, чтобы зафиксировать происходящее.

Так уж, видимо, повелось, что Заозерье стало удобным местом для «утилизации» каменных отходов и строительного мусора.