31 октября 2015, 10:50
4730

СИЗОнная работа. Когда работники СИЗО пускают в ход кулаки и зачем им пеленки

<p>Зачем люди идут работать туда, куда по доброй воле не желал бы попасть никто.</p>

Для кого-то тюрьма – родной дом, а для кого-то – работа. Нервная, сложная, нужная. В преддверии Дня работников СИЗО и тюрем, который отмечается 31 октября, портал «Петрозаводск говорит» отправил корреспондента в городской СИЗО №1, чтобы узнать, зачем люди идут охранять «контингент» и как справляются со стрессами настоящие «начальники».  Мы уже бывали в этом учреждении, но тогда наш журналист писал о том, как живут в изоляторе задержанные. На этот раз мы решили написать о тех, кто находится по другую сторону тяжелых железных дверей – сотрудниках СИЗО.

Сизо № 1 в Петрозаводске – место особое. За высоким забором, в здании XIX века содержится 119 обвиняемых и задержанных. По большей части – рецидивисты. Обслуживают, как здесь говорят, «спецконтингент» более сотни сотрудников: сотрудники отделов охраны и режима, медики, психологи, воспитатели. Есть в СИЗО и свой оперативный отдел, занимающийся оперативно-розыскной работой.

Есть такой стереотип, наследие лагерной эпохи – сотрудник ФСИН это такой толстый дядька с собакой, который стоит рядом с задержанным и бьет его дубинкой. Так вот, в жизни все не так, - объяснил заместитель начальника СИЗО Сергей Хоботов.

Сергей Хоботов

«Где вы находите таких терпеливых?»

На самом деле, все действительно не так. Сотрудники СИЗО не могут быть владельцами объемистых животов, потому что им предписывается находиться в очень хорошей физической форме. Кстати, бить задержанного нельзя. И не только потому, что любой подобный эксцесс фиксируют видеокамеры, расставленные везде, где только можно. Как объяснил Сергей Хоботов, о любом случае, когда сотруднику изолятора приходится применять силу к представителю «спецконтингента», сообщается в прокуратуру.

Частые гости в СИЗО – общественники и уполномоченные  по правам человека, и даже детские правозащитники, ведь в учреждении содержатся и несовершеннолетние.  Но главное – не это. Главное – действовать сотрудники могут только в соответствии с буквой закона. А букв этих много: регламентировано даже то, сколько раз за дежурство нужно посмотреть в специальный глазок на дверях камеры. А еще есть начальство. Которое внимательно следит за каждым сотрудником. Очень внимательно.

Это – отдельный мир со своей системой и иерархией. Поэтому нужен баланс: необходимо, чтобы задержанный выполнял все требования системы, но при этом не лишался своих прав. И подводных камней тут хватает, нужно успевать реагировать,

- объяснил Хоботов.

Постояльцы изолятора – люди не простые и не всегда приятные в общении. Тем не менее, их сотрудники называют на «Вы», абстрагируясь от статей и обвинений.

«Один задержанный даже как-то спросил: «Где вы находите таких терпеливых?», - вспомнил замначальника изолятора.

Терпеливость – это то качество, без которого работать в СИЗО, наверное, невозможно. Пока Хоботов проводит для нас экскурсию по СИЗО, из-за одной из толстых металлических дверей несется надрывное и бесконечное : «Гражданин начальник! Гражданин начальник!». «Подождите, подождите», - отвечает экскурсовод в погонах без раздражения.

«Моя работа – исполнять закон»

Помимо терпеливости, сотрудник ФСИН должен быть стрессоустойчив, как скала. А еще – неподкупен и честен. И, разумеется, никаких возлияния и наркотиков, даже в шутку в ранней юности.  

«У нас в системе идет очень четкий отбор сотрудников, - объяснил Сергей Михайлович. – Образование – не ниже среднего, отсутствие судимостей, годность к воинской службе, хорошая спортивная и психологическая форма, для мужчин обязательна срочная служба в армии. Все сотрудники проходят военную врачебную комиссию и индивидуальное психо-физиологическое тестирование с использованием полиграфа, поэтому скрыть что-либо не получится, личностные качества изучаются досконально. Мы выясняем, что человек хочет получить от службы. Для меня, например, очень важно – есть ли желание получить повышение. Потому что я считаю: плох тот солдат, который не желает стать генералом».

В общем, работать в СИЗО и тюрьме может далеко не каждый. Но и привилегии, которые дает непростая работа, весьма заманчивы - стабильная зарплата, льготная пенсия, социальные гарантии, включающие полную страховку.

Но все это – разговоры о стрессоустойчивости, честности и терпеливости подчиненных с начальством – больше похоже на выжимки из рекламного буклета. Поэтому мы просим о возможности поговорить с реальными сотрудниками СИЗО.

Молодой симпатичный мужчина в форме, дежурящий в коридоре изолятора на вопрос о том, зачем он работает  в месте, куда по доброй воле не желал бы попасть никто,  с теми, кого от общества нужно изолировать, отвечает уклончиво, но не задумываясь: «Место не страшное. Моя работа – исполнять закон. Основная сложность – добиться того, чтобы все требования режима соблюдались».

Улыбчивая сотрудница на пропускном пункте с вежливой улыбкой обменивает телефоны и документы на металлические бирки.

В местной поликлинике доктора, ничем не отличающиеся от врачей обычной поликлиники, рассказывают о том, что работать с осужденными не так уж и сложно. Все – как в обычном медучреждении. Только без очередей и номерков. Лечиться «контингент» очень любит. Потому что на воле на свое здоровье время было не у всех. Зато здесь, чуть что – сразу к врачам.

Эмоциональный интеллект – наше все

Но заботятся в СИЗО не только о тех, кто сидит в камерах. Те, кто двери этих камер закрывает и открывает в соответствии с многочисленными требованиями закона, тоже нуждаются в поддержке. В том числе и в психологической. Для того, чтобы помочь избавиться от стресса, в изоляторе работают психологи. Есть даже кабинет психологической разгрузки – с аквариумом, шлемом для массажа головы.

Здесь же учат тому, как развивать в себе ценные умения и навыки – внимательность, хорошую память, выдержанность, корректность, умение быстро и адекватно принять решение. И, что здесь считают очень важным, умение вести диалог. Психологи часто общаются с другими сотрудниками, рассказывают, как избавиться от негативных эмоций, проводят всевозможные тестирования. В том числе – на готовность применить оружие в случае необходимости. Кстати, даже в экстремальных ситуациях пользоваться оружием можно только в соответствии с инструкциями. Возможные форсмажоры отрабатывают на инструктажах.

К уже названным Хоботовым обязательным качествам сотрудника СИЗО, психологи добавляют еще несколько – развитый эмоциональный интеллект (способность понимать чужие эмоции и держать под контролем свои собственные) и …чувство юмора. «Да, без этого у нас никак, - согласился замначальника СИЗО. – У нас нет своей команды КВН только потому, что нам всем собраться вместе трудно, сотрудники работают по сменам».

Большей части работников СИЗО бороться со стрессами помогает спорт. В стенах «казенного дома» на улице Герцена, например, работают отличные боксеры, обладатели данов в айкидо. И даже совместные развлечения по большей части сводятся к спорту – пейнтбол, турнир по боксу. Все сотрудники с гордостью вспоминают, как на таком вот турнире недавно команда ФСИН «разбила» команду боксеров МВД.

Человек. Не функция

Работать в таком учреждении, где все действия строжайшим образом регламентированы,  и даже просто поздороваться с начальством кивком головы не получится, сложно. Не превратиться при этом в человека-функцию, еще сложней. Но это возможно.

В самом конце нашей беседы Сергей Хоботов рассказал о том, что нам показалось самым важным – в СИЗО, в мире громко лязгающих железных дверей и мотков колючей проволоки,  работают настоящие люди.

«Есть у нас несколько доноров. Есть и наши «подшефные» ветераны Великой Отечественной войны, к которым мы приезжаем с подарками на праздник. Недавно вот возил ветерана на сельскохозяйственную ярмарку. Ему же тяжело самому – возраст. Когда у кого-то из наших рождается ребенок – с нас подарок. Все праздники отмечаем вместе всегда», - объяснил он.

В начале октября, когда подросток ранил в центре города ножом 15-летнюю девушку, первыми кинулись на помощь фельдшер медицинской части Алексей Афанасьев и дежурный помощник начальника изолятора капитан внутренней службы Сергей Мелехов. Фельдшер поставил капельницу прямо на улице, чтобы девушка не истекла кровью. И, фактически, держал ее жизнь в своих руках до приезда «скорой».

Мелехова наградили грамотой, а Афанасьеву вынесли благодарность. Кроме того, детский омбудсмен Карелии Оксана Старшова написала омбудсмену российскому – Павлу Астахову о том, что неплохо было бы поощрить фельдшера из изолятора дополнительно.

Да так каждый наш сотрудник бы поступил. Мы все – бойцы-универсалы. И медпомощь оказать можем, и в случае чего всегда караул в ружье поднимем,

- заверил Сергей Хоботов.

9 октября у женщины, сейчас находящейся в СИЗО, родилась дочка. «Рожала она, конечно, не здесь, а в роддоме, под охраной, но привезли маму с ребенком после выписки, естественно, сюда. А у нас есть такая статья расходов – подгузники? Нет. Покупали сотрудники, на свои деньги. Пеленок-распашонок нанесли. Одна сотрудница даже кроватку нашла. И даже конверт красивый для малышки был на выписку, чтобы все как у людей было», - не без гордости за сотрудников сообщил «гражданин начальник».

Если бы не особые обстоятельства, эта история о маленькой девочке, встреченной теплом и заботой суровых и неприступных блюстителей порядка, которых закон вовсе не обязывал делать что-то подобное, наверное, никогда бы не вышла за пределы СИЗО.  Потому что это – в порядке вещей. Оставаться хорошим человеком при любых обстоятельствах.

Обсудить
72134