08 июля 2020, 20:30

Тайны мадридского села: как сельское хозяйство защищают от журналистов

Карельские чиновники полюбили закрытые рабочие совещания

Текст: Георгий Чентемиров

Глава Карелии Артур Парфенчиков провел селекторное совещание с руководителями сельскохозяйственных предприятий. Разговор инициировал руководитель совхоза имени Зайцева Григорий Мануйлов: он хотел поговорить об эффективности мер поддержки, предлагаемых карельским правительством. Трансляция совещания не предполагалась.

Журналисты портала «Петрозаводск говорит» узнали об этом мероприятии и захотели на нем присутствовать. Однако попасть на совещание, проводимое чиновниками в рабочее время, оказалось не так просто. Представители органов власти категорически не хотели, чтобы их разговоры слушали посторонние.

Накануне мероприятия корреспондент издания позвонил руководителю пресс-службы карельского правительства Ивану Степанову и спросил, куда можно прийти, чтобы послушать совещание. Степанов разумно отметил, что никаких принципиальных трудностей быть не должно, и обещал все выяснить. Но, перезвонив журналисту, заявил следующее: совещание носит «рабочий характер» и присутствие прессы не планируется.

Такой же ответ дал и сам губернатор Артур Парфенчиков, к которому журналист обратился за помощью.

– Абсолютно рабочее совещание. Я не думаю, что в формате таких совещаний должны присутствовать представители СМИ,

– ответил глава Карелии.

Такие формулировки не могут не изумлять. Пресса потому и хочет попасть на данное совещание, что оно рабочее. Если бы там обсуждалось, какого цвета галстук лучше подходит к  синему деловому костюму или на каких курортах приятнее всего будет отдыхать после карантина, это бы журналистов не интересовало. А обсуждение проблем сельскохозяйственной отрасли – то, что касается всех жителей Карелии. И интерес прессы к этому мероприятию является совершенно законным. И, кстати, господину Парфенчикову вообще не нужно "думать" об этом - за него о правах журналистов подумали российские законодатели, а чиновнмику надо всего лишь исполнять закон.

Журналист попытался зайти с другой стороны. К селектору должна была присоединиться администрация Пряжинского района. Мы поинтересовались, можно ли приехать в Пряжу и послушать, о чем чиновники будут говорить с сельхозпроизводителями. Однако глава администрации не захотела брать на себя такую колоссальную ответственность и посоветовала обратиться к Ивану Степанову. Круг замкнулся.

Любопытно, конечно, что власти так боятся интереса журналистов к рабочим совещаниям на тему сельского хозяйства. Вот, например, недавно профильный министр Владимир Лабинов выгнал с аналогичного мероприятия нашу коллегу Антонину Кябелеву. Официальная причина – то, что Кябелева пишет «необъективные комментарии». Доказательств и примеров, разумеется, предоставлено не было. На действия министра уже пожаловались в прокуратуру: журналисты считают, что Лабинов нарушает закон о СМИ, а может, и Уголовный кодекс.

Но, возможно, министр-то ни в чем не виноват, а просто следует тренду закрытости, который задал его руководитель?

Невзирая на все препоны, корреспондент «ПТЗ говорит» сумел послушать запретное совещание. Вначале Артур Парфенчиков и Владимир Лабинов рассказывали о том, как хорошо обстоят дела с мерами поддержки сельхозпроизводителей. По словам чиновников, сегодня все предприятия имеют равные права. При этом год назад антимонопольная служба поймала министерство на дискриминации сельхозпредприятий. Один из видов господдержки распределялся в пользу государственных совхозов. Руководитель отрасли Владимир Лабинов, впрочем, не видел в этом ничего плохого.

Тенденция к сокращению господдержки частных предприятий продолжается и сегодня, считает директор совхоза имени Зайцева Григорий Мануйлов. Он рассказал, что в 2019 году выполнил все условия подписанного с Минсельхозом соглашения, а меры поддержки сократились на 43 процента. Та же тенденция сохранилась и в нынешнем году. Яркий пример – компенсация затрат на покупку семян. Если несколько лет назад субсидия исчислялась миллионами, то в последнее время сократилась до сотен тысяч рублей. В результате совхозу сейчас не хватает оборотных средств.

– Мы вынуждены думать не о развитии производства, а о сохранении предприятия, – заключил Мануйлов. Он сказал, что необходимо возвращать те меры поддержки, которые были раньше, в первую очередь – субсидию на производство молока.

Ответ не заставил себя ждать. Министр Владимир Лабинов обвинил совхоз имени Зайцева и его руководителя в плохой работе. Так, у предприятия малочисленное поголовье, низкие – по сравнению с конкурентами – надои, низкий выход продукции на один гектар. Другими словами, предприятие неэффективно.

Между бывшим министром и нынешним губернатором разгорелся спор о надое. Мануйлов сообщил, что предприятие боролось со вспышкой заболевания у коров и это повлияло на показатели.

– Надо поднимать надой, – заявил Артур Парфенчиков.

– Мы поднимаем потихоньку, – говорил директор совхоза.

– А надо не потихоньку! – учил его глава Карелии.

Губернатор заявил, что совхоз имени Зайцева может и должен показывать лучшие результаты. А если он их не показывает, это проблема плохого руководства.

Между тем разговор-то, напомним, шел о мерах господдержки. По словам Лабинова, предприятие Мануйлова попросту не использует те меры, на которые может претендовать. В качестве контрпримера выступить на совещании попросили руководителя совхоза «Аграрный». Директор предприятия рассыпалась в благодарностях карельскому Минсельхозу. По ее словам, благодаря субсидиям удалось купить дорогостоящую технику и заметно увеличить эффективность работы. В планах – поднимать надои и проводить мелиорацию.

– Вот видите, у них оптимизм, у вас – пессимизм, – упрекал Григория Мануйлова губернатор. – Почему вы не пользуетесь всеми мерами поддержки?

– Денег выделяется много, меры поддержки хорошие, но они могут быть более эффективны… От ряда направлений поддержки мы отказываемся, потому что они для хозяйства экономически невыгодны и могут привести к гибели предприятия,

– сделал неожиданное заявление Мануйлов.

Что имеет в виду Григорий Мануйлов? Сейчас Минсельхоз делает ставку на техническое вооружение предприятий. Но, по мнению директора совхоза, требования к карельским предприятиям завышены: нормативы выставляются такие же, как для российских совхозов, занимающихся выращиванием зерновых. Им при огромных посевных площадях нужны совсем другие мощности, нежели молочным фермам. У нас же ненужная техника будет стоять мертвым грузом.

Иными словами, не все меры поддержки, которые предлагаются Минсельхозом, подходят всем без исключения предприятиям. Хороший пример в частной беседе с журналистом привел руководитель другого сельскохозяйственного предприятия. Он указал на то, как совхоз «Аграрный» радовался субсидии на новую технику. Но есть предприятия, которые уже купили себе технику, и сейчас им эта мера поддержки не требуется.

– Они получили очень хорошую господдержку, потому что купили дорогой комбайн, который стоит больше 20 миллионов, и им вернули 70% стоимости. А мне такой комбайн не нужен! Мне требуется другая техника, которая субсидируется гораздо хуже, – объясняет наш собеседник. Он полагает, что эта мера поддержки была "заточена" в первую очередь под государственные предприятия.

Власти гордятся тем, как работают совхозы «Мегрега» и «Ильинский». Но они закачивают в них огромные деньги, говорит специалист. Что же касается других предприятий, там ситуация совсем не радужная. Ладвинский «Маяк» находится на грани катастрофы, хотя относительно недавно это было процветающее предприятие. Удручающая ситуация в Видлице: собственник намерен свернуть сельхозпроизводство в Карелии. Ранее директор совхоза тоже упрекал Минсельхоз в сокращении мер поддержки. Совпадение?

Критикуя руководство совхоза имени Зайцева, губернатор сделал сенсационное заявление.

– Нам совхоз Зайцева с таким поголовьем в принципе неинтересен,

– сказал Артур Парфенчиков.

Речь шла о том, что у совхоза – довольно маленькое стадо. При этом в совхозе имени Зайцева поголовье хоть чуть-чуть, но увеличилось. А в Эссойле, в Янишполе, Видлице, Ладве поголовье сокращается. Молчим про «Маяк», который за минувший год потерял 300 голов, а сейчас умирает. Очевидно, они карельским властям тоже «неинтересны»? Что же, если чиновники позволяют себе такую откровенность на своих рабочих заседаниях, становится понятным, почему на них не хотят пускать журналистов.