Простите, как вы сказали?

О том, что вы хотели знать, но боялись переспросить



В детстве многое казалось непонятным: слова – трудными, высказывания – лишенными смысла. Тогда все было проще. Дотошному ребенку легко заставить родителей растолковать любые неясности.

Но вот вы давно вышли из нежного возраста, а непонятные фразы продолжают преследовать. Я не имею в виду сложные термины или профессиональный жаргон. Просто наш слух время от времени продолжает играть с нами в игру, начатую когда-то давно. Чего только не послышится…



В школе

Уверена, меня хорошо поймет наше поколение, выросшее на диснеевских мультиках. Песни, предшествовавшие каждой новой серии, мы знали наизусть. Вспомните, кто не удивлялся последней строчке саундтрека к мультфильму о Винни-Пухе: «Навек мы друзья, мой маленький ты негодяй…» Уж если друзья, то почему же негодяй? Мне еще тогда разъяснила крестная, что там поется: «Винни да я». Но специально проведенный опрос показал, что многие ровесники до сих пор пребывали в заблуждении.

На уроке мы музыки пели: «Умчи меня, олень, в свою страну Олению…» (оленью). Это лично мне так слышалось – открыла новую точку на карте, где только парнокопытные живут. 

Однажды девочка попросила в библиотеке «Монтихриста». С помощью ряда наводящих вопросов удалось выяснить, что ей нужна книга «Граф Монте-Кристо». В другой раз читательница настойчиво требовала произведение под названием «Потомок Му Льду». «Про индейцев, что ли?» – уточняла смущенная библиотекарь. В конце концов ее осенило: требовалась книга «По тонкому льду».



В университете

После школы была учеба на филологическом. Воспринимать на слух лекции бывало непросто. На занятии по детской литературе записывала цитату из Хармса: «А вы знаете, что У?/ А вы знаете, что ПА?/ А вы знаете, что ПЫ?/ Что у папы моего было сорок фонарей?»

Помнится, за папу стало обидно. Кто ж его так отделал? Потом прочитала в книжке, что это сыновей у него было сорок. Такой вот плодовитый папа.

На лекции по зарубежке нам спешно диктовали список обязательной литературы для чтения. Строчу. Записала: «Последний день быка». Сосед по парте начал медленно сползать под стол, держась за живот. В перерыве я узнала, что название этой книги «Последний из могикан».

Лектор продекламировал: «Горький. «Детство. Юность. Мои университеты». Трилогия». Однокурсница толкает в бок: «А почему трилогия?» В тетради она вывела: «Детство будет моим университетом».

А в окнах между парами мы нередко бегали в магазин. Как-то стали свидетелями очень трогательной сцены: старушка слезно просила озадаченных продавцов продать ей конфеты «Баба Ева». После долгих и мучительных объяснений они, наконец, поняли, что ей нужен шоколад фабрики «Бабаево».



На работе

Самое популярное развлечение на работе – радио. Одна моя коллега любила слушать программу под названием, как ей казалось, «Игра-весло» на «Русском радио». О том, что передача называется «Игра без слов», она узнала от тех, кто работал рядом – после многомесячного неведения. 

Название другой передачи на этом радио – «Стол заказов. Чего изволите?». Этой же радиослушательнице слышалось: «Стол заказов. Чего вы звоните?» с излюбленной ошибкой – неверно поставленным, на первый слог, ударением. Другая коллега слышала –  «100 заказов».

У каждого ди-джея на «Русском радио» есть своеобразная песенка-самореклама, если можно ее так назвать. Многим из нас слышалось: «Алена, Алена, Алена Баранина!» «Съедобная» фамилия оказалась исторической – Бородина.

Но больше всего «ослышек», наверно, в песнях. Например, «Дискотека Авария» «Пей пиво». «Пей пиво просто так, пей, как Авар и я» (как «Авария»). Я была убеждена, что надо пить, как исполнитель песни и его друг с Кавказа.

Валерия. «Метелица». «Твои глаза останутся твоими…» (снега), – пела моя сестра. Получалась такая, знаете, песенка гуманной влюбленной девочки.

А как вам строчка из «Алисы» – «Раса Е-95» (трасса)? Песня последователя писателя Замятина.

Из репертуара группы «Чайф». «Два моряка, помоги!» (Кама-река). «Почему два?» – удивлялась поклонница.

«Мечтать». «Поспорим, что ни каста нет в море?» (что река станет морем). Непросто было бы выиграть спор. Наверняка в море ничего такого нет.

«Он уехал прочь на ночной электричке, осенью пить чай, две подружки-сестрички!» (вместо осень и печаль).

А песня «Скрип колеса»! Полстраны пело правильно, а вторая половина: «Скрипка-лиса…»



Не открою Америку, если напомню, что смех – лучшее лекарство от всего на свете. Могу порекомендовать прекрасный способ поднять настроение. Сядьте с друзьями и обсудите песни, где не все слова вам понятны. Сеанс смехотерапии вам гарантирован.