06 июня 2014, 11:47

«Олонецкий расчленитель» пошел по стопам своей мамы

<p>Дело о зверском убийстве жены и ребенка в Олонце подходит к завершению: репортаж из зала Верховного суда РК&nbsp;</p>

Автор: Ирина Сергеева

Накануне в республиканском Верховном суде прошло очередное заседание по делу Владимира Серова, которого карельские СМИ уже окрестили «олонецким расчленителем» - мужчина обвиняется в жестоком убийстве своей жены и собственной дочки, которой едва исполнилось пол-годика. Интрига заключалась в том, что именно в тот день государственный обвинитель должна была запросить наказание для признанного присяжными убийцы.

Пожизненного не будет?

Трагические события, произошедшие в Ильинском в декабре 2012 года, пожалуй, не оставили равнодушным никого. Санкцией статьи, по которой обвиняется Серов, предусмотрено пожизненное лишение свободы и именно этого, по мнению отца Ирины и дедушки Анечки, заслуживает сидящий на скамье подсудимых.

Я бы хотел, чтобы ему дали пожизненное. Он ведь не только мою дочь убил, своего же ребенка еще,

- тихо произнес седой человек, потерявший родных.

На память о дочери у него останется ее золотое кольцо – именно эту вещь, которая до последнего момента служила вещественным доказательством, он пожелал оставить себе. От каких-либо материальных претензий к бывшему зятю он отказался.

Но фраза «прошу назначить пожизненное» в этот день в зале суда не прозвучала. Согласно российскому законодательству, суд должен учитывать как отягчающие, так и смягчающие обстоятельства. И как бы фантастически это не звучало, смягчающих обстоятельств у Серова несколько: он писал явки с повинной, активно содействовал раскрытию преступления. Словом, «не состоял, не участвовал, не привлекался». Учитывая эти факты, Гособвинитель попросила суд назначить Серову наказание в виде 19 лет и 6 месяцев лишения свободы с отбыванием первых пяти лет в тюрьме, а остального срока – в исправительной колонии строгого режима.

Что касается адвоката, то он не требовал для подзащитного каких-либо меньших сроков. Он лишь попросил, чтобы суд обратил внимание на то, что Серов, помимо перечисленных смягчающих обстоятельств, еще и воспитывался в детском доме, что у него была нелегкая судьба: его мать в свое время убила его отца, что негативно повлияло на психику и т.д. «Яблоко от яблоньки недалеко упало», - зашептались в зале суда.

«Нам бы его сейчас!»

Слушания по делу Серова начались еще в апреле, и обычно в зале суда - помимо участников судебного процесса - присутствовали лишь пара-тройка журналистов. Вчера же зал судебного заседания был полон: взглянуть в глаза подсудимому и послушать позиции защиты и обвинения приехали около десятка жителей Ильинского, поселка, где хорошо знали и Серова, и его жертв. «Как же я его не знаю, знаю, конечно, - делилась с журналистами одна из женщин. – Я ж соседка его. Ух, дали бы мне его сейчас! Интересно, что он сейчас скажет?» По всей вероятности, того же от человека на скамье подсудимых ждали и остальные, но…

Серов не сказал ничего. После того, как закончились прения, в которых выступили прокурор и адвокат, судья осведомился, готов ли он произнести свое последнее слово. «Нет, ваша честь, не готов. Мне нужно подумать еще несколько дней, чтобы все, что тут наговорили, в кучу собрать», - ответил подсудимый. Мол, оставил нужные ему бумаги в следственном изоляторе, а без них никак.

Любопытен тот факт, что и ранее Серов не был особенно разговорчив – если в самом первом судебном заседании он еще пытался задавать вопросы, по большей части, не по существу, то потом попросту умолк, пользуясь правом не свидетельствовать против себя.

После того, как заседание закончилось, люди, присутствовавшие в зале суда, не скрывали своего негодования: «Понятное дело, по закону должны посадить, но лучше бы не сажали. Отпустили бы, дали бы его нам, а уж мы бы с ним сами разобрались».

Так или иначе, судьба Серова решится уже в самое ближайшее время – возможно, суд вынесет ему приговор уже на следующей неделе.

 

Ранее в этом сюжете:

Обсудить
14006