Общий знаменатель

21 февраля – Международный день родного языка. Мой родной язык – русский – великий и могучий, как сказал некогда Иван Сергеевич Тургенев. И действительно, каждое поколение ужасается, что же с нашим родным языком делают, а он все живет. Ученые утверждают, что язык – саморазвивающаяся система:  ненужное  отторгается, необходимое остается. Так что, за судьбу языка не стоит беспокоиться, я и не беспокоюсь. Меня носители языка волнуют.

Известно, что, существует общий знаменатель между высказываниями обычного человека и политика. Это - ключевые слова, которые действуют на сознание. Для американцев таковыми  являются: «права», «свобода» «демократия», «равенство»… Для англичан: «суд присяжных», «Билль о правах», «свобода слова»… А для нас?

О свободе и правах у власти и народа немножко разные представления. Что для населения «право на получение бесплатного образования, медицинской помощи,  право на труд, на благоустроенное жилье для ветеранов войны», то для властей вовсе не обязательно к исполнению. Что для нас свобода выборов, то для власти – регулируемая процедура. Может, нас объединяет «рыночная экономика» - святое понятие для России, решившей стряхнуть прах развитого социализма  с его плановым хозяйством? Но если в Европе рынок соотносится с капиталом, понятием, толкованию которого Карл Маркс посвятил два толстенных тома, то у нас рыночная экономика свелась к распилу, откату, заносу. Такая экономика РОЗ связать отдельных людей может, но объединить нацию –  вряд ли.

Однако, слова – главный инструмент власти. Она отдает приказы, чтобы их выполняли, дает предложения, чтобы их одобрили. Ее язык всегда является нормой, недаром у нас в стране правильность ударения в словах зависела от произношения главы государства. Сегодня нормой стали путинские: «замочить в сортире», «стрельба из рогатки», «кровавые сопли»… Даже Дмитрий Медведев, выросший в профессорской семье, вторит ему: «кошмарить, скулить, врубить»... Этакое заигрывание с народом. Современные «мастера искусств» пошли  дальше: матерщина в их произведениях служит для пущей эмоциональности». К слову, Льву Толстому для передачи сильнейших чувств вполне хватало цензурных слов. А чувства, размышления, поступки его героев по сей день волнуют людей, ведь снимает же Джо Райт «Анну Каренину».

Слова из подворотни стали нормой. А за словом всегда следует дело, поэтому неизбежно, что и мораль подворотни превращается в норму,  стиль поведения. То, что народ при этом не становится образованнее, лучше, это даже не так страшно. Страшно, что элита в государстве деградирует. … Таков общий знаменатель.