21 ноября 2017, 07:00
1738

Квартирный вопрос, который все испортил. Как расселяют аварийные дома

Почему власти пудожского поселка принимают решение только в свою личную пользу?

Екатерине Ивановне Петренко, участнице Великой Отечественной войны, ветерану труда, 86 лет. Живет она в неблагоустроенной съемной квартире, потому что дом, в котором она прописана, давно пришел в негодность. Но власти не торопятся выполнять свои обязанности ни по обеспечению достойным жильем участников Великой Отечественной, ни по расселению проживающих в аварийных домах. Почему?

Дочь солдата

— Я не воевала на фронте, удостоверение Участника Великой Отечественной войны получила как труженица тыла, — словно оправдываясь, рассказывает свою историю Екатерина Ивановна. Хотя ей-то оправдываться совершенно не в чем. Война началась — ей 10 лет было.

— Помню, как в нашу деревню в Воронежской области пришли фашисты. Мама увидела, домой зовет, кричит: «Немцы!». А я удивляюсь: это же просто люди. Думала, враги, которые людей убивают, должны быть с рогами. Маленькая была…

Горя хлебнули немало, голодали так, что траву ели…

— Отец ушел на фронт в первые же дни войны. Сначала письма приходили, а потом перестали, — рассказывает она. — Думаю, воевал он честно. В последнем, которое мы получили, он писал: «Иду в бой. Или грудь в крестах, или голова в кустах». В оккупацию ничего о нем не знали. 9 апреля 1945 года, за месяц до Победы, пришла похоронка.

Родные думали, что похоронен Иван Севрюков где-то в Кенигсберге или его окрестностях. Хотели найти его могилу, но безуспешно, пока публикация в газете, в которой Екатерина Ивановна рассказывала о своем отце, не попалась на глаза Александру Марциневичу, поисковику из Питкяранты. Он связался с ней и обещал помочь,а вскоре сообщил, что рядовой 332-й стрелковой дивизии Иван Стефанович Севрюков похоронен в братской могиле в деревне Рыбаки Витебской области в Белоруссии. Погиб он 9 ноября 1943 года. Все дело в том, что родные искали его под отчеством Степанович, а в документах он проходил как Стефанович, остальные данные совпали до мелочей.

 

 

Почти сразу, в июле этого года, месте с внучкой Ирой Екатерина Ивановна отправилась в дальнюю дорогу на могилу отца.

— Я ведь словно с ним встретилась. Рассказала ему о родных, о том, что сразу после освобождения в деревне организовали совхоз. Мне было 12 лет, и я пошла работать. Сначала в поле. Мужиков не было. Женщины, ребята пахали, на коровах да на себе. Потом меня перевели в доярки. Своих 15 коров приходилось доить по три раза в день, а молоко в больших бидонах мы по очереди возили на молокозавод, — вспоминает Екатерина Ивановна.

Решительная женщина

Вот так, как начала Екатерина Ивановна работать в двенадцать лет, так и трудилась 47 лет. 10 из них дояркой, пока в 1953 году не приехали агитаторы звать на работу на лесозаготовки. После дойки собралась — и в Воронеж, а оттуда на Урал. Было ли легче в лютый мороз на делянке топором рубить сучья — вряд ли. Но встретила там своего будущего мужа, с которым потом так же решительно собрались и с востока переехали на запад, в Карелию, в Пудожский район, в поселок лесозаготовителей Кубово. И тут снова на лесозаготовке, потом перешла поваром в школьную столовую. Ее вкусные обеды до сих пор помнят выпускники кубовской школы и учителя-ветераны.

— Жаль, не довелось мне учиться, работать надо было, сына с дочкой растить.

Но жизнь ее учила, и, как признают ее земляки, везде она была на своем месте.

Теперь, в 86 лет, уже чиновники местной администрации, видимо, вновь решили преподать ей урок. «Трудом праведным не возведешь палат каменных», — такова его тема.

 

Дома в Кубово леспромхоз строилболее 50 лет назад, больштнство  уже в аварийном состоянии.

 

Дом №5 по Больничному переулку, где в Кубово находится квартира Екатерины Ивановны Пономаренко, участника войны и ветерана труда, давно пришел в негодность. Еще до 2012 года его признали аварийным, то есть опасным для проживания. Однако ничего для его расселения не было сделано. Шесть лет назад, когда жить стало совсем невозможно, Екатерина Ивановна с сыном перебрались в Петрозаводск поближе к внучкам. Сняли за шесть тысяч рублей неблагоустроенную квартирку на Старой Кукковке в доме с печным отоплением, ветер-клозетом и беспокойными соседями.

 

 

— Снять хорошую благоустроенную капитал не позволяет, — объясняет Екатерина Ивановна этот выбор. — Я ведь эти годы еще и за кубовскую квартиру платила. Только в последнее время мне перестали выставлять счета.

Когда была принята федеральная программа по расселению ветхого жилья, она отправилась в Кубово узнать, когда же можно рассчитывать на новоселье.

— Глава сельской администрации Александр Сергеевич Великанов сказал, что наш дом вообще в программу не включен и вряд ли будет там, чтобы я и не рассчитывала, — рассказывает Екатерина Ивановна.

И действительно, хоть многие дома Кубовского леспромхоза были построены еще в конце пятидесятых — начале шестидесятых годов прошлого века, за прошедшее время ни разу капитально не ремонтировались и практически одновременно стали разрушаться, в региональной программе на 2014 год на сайте правительства РК в Кубово значатся лишь два аварийных дома. На 2015-й — три, но дома Е.И.Петренко среди них нет.

Как же так?! Она, женщина решительная, этой препоны не испугалась и добилась, чтобы снова пришла комиссия администрации и провела обследование.

Из акта обследования жилого помещения от 14.05.2015:

«Дом трехквартирный, брусчатый, крыша шиферная… Потолок провис, печи непригодны для использования, фундамент разрушен, крыша течет, полы имеют прогиб, провал. Веранда отошла от дома. Вывод — квартира непригодна для жилья».

Позже она получила ответ главы администрации Кубовского сельского поселения по поводу акта обследования, где сказано: «Нами предпринимаются все меры по предоставлению вам иного жилого помещения, о чем сообщим позднее». Подпись А.С. Великанова есть, но дата не поставлена.

Зато администрация Пудожского района прислала Екатерине Ивановне выписку из постановления от 28 ноября 2016 года № 7302, где сказано, что дом по Больничному переулку, 5 непригоден для проживания и должен быть включен в региональную программу по переселению граждан из аварийного жилого фонда.

 

И вот, наконец-то, в этом году в документах Фонда содействия реформированию ЖКХ злополучный дом появился, правда, его расселение отстает от графика…

 

Новоселье вне очереди

К сожалению, эта история с аварийным жильем в Кубово не единственная. «Российская газета», ГТРК «Карелия» рассказали о кубовской семье Семинаристовых с двумя несовершеннолетними детьми, которую выселяют из квартиры, полученной по программе расселения. Как рассказывает Ольга Семинаристова, семья жила в аварийном доме, ждала квартиру в Кубово, но в марте этого года им сообщили, что получат ее в Петрозаводске.

Нас никто и не спрашивал. И мы не собирались ехать в Петрозаводск, — убеждала она корреспондента «РГ» и ГТРК.

 

 

Семья переехала, но вдруг после судебного разбирательства чиновники аннулировали подписанные бумаги. Семинаристовых обвиняют в том, что они незаконно получили трехкомнатную квартиру. Их аварийный дом, оказывается, был признан таковым лишь в 2014-м, то есть после 1 января 2012 года, как того требуют условия программы. Получается, что ошибку допустили чиновники, а расплачиваться должны граждане… Возмущение Ольги такими действиями власти было бы понятно, если бы не одно «но». Она умолчала, что решение о выделении ей квартиры было дано в то время, когда она работала специалистом в администрации Кубовского сельского поселения и имела непосредственное отношение к квартирному вопросу. Да и насчет нежелания переезжать в Петрозаводск тоже лукавила: иначе зачем же она еще раньше приобрела здесь комнату в общежитии (по программе поддержки молодых семей) и благоустроенную квартиру.

Как же такое произошло? — хотела я выяснить у Александра Сергеевича Великанова. Однако в администрации Кубово мне сказали, что он в Пудоже, и завтра тоже будет в Пудоже... По мобильнику тоже не смогла дозвониться, видимо, он не отвечает на незнакомые номера. Так что мне остается только сослаться на «Российскую газету», корреспонденту которой он объяснил, что когда стали анализировать списки очередников, выяснилось, что, кого-то уже нет, остались свободные позиции. Вот и решили отдать их жильцам аварийного жилья второй очереди. И не только Семинаристовы получили квартиру из домов, которые признаны аварийными после 2012 года.

Интересно, кто же еще «новосел вне очереди» и почему люди, имеющие право на благоустроенные квартиры, отказываются от них? Оказывается, ответ на второй вопрос знает Екатерина Ивановна Петренко.

Проигранная оборона

У ее внучки Кати Киселевой, которая живет на съемной квартире в Новой Вилге, родился второй сынок. В сентябре 2015 года она поехала со своим двухмесячным малышом в Кубово прописать его на своей жилплощади, чтобы оформить право на материнский капитал. Специалиста администрации Ольгу Семинаристову предупредила, что хочет управиться за один день.

Но когда приехала, работники администрации стали говорить, что не имеют права прописать ребенка в аварийном доме, и отказались давать документы, пока она не выпишется из своей квартиры и не зарегистрируется с ребенком у мамы, которая, кстати, тоже живет в аварийном доме в Кубово… Шантажировали, что в противном случае маткапитал она не получит… В общем, женщина с двухмесячным ребенком напора не выдержала.

Оказывается, атака на нее была предпринята по очень простой причине: ее дом № 15 по улице Школьной попал в программу расселения аварийного жилья. В Петрозаводске на улице Белорусской в 2016 году было построено два дома для переселенцев из Пудожского района.

В Министерстве строительства Карелии, куда позднее она обратилась, ей сказали, что она была в списках, ее даже искали, но не нашли. В отделе ЖКХ администрации Пудожского муниципального района Екатерине посоветовали не поднимать шум: ведь, по словам главы Кубовского поселения, из аварийного дома она выписалась сама и теперь ничего не изменить.

Екатерина попыталась решить вопрос через суд, но в иске ей было отказано. Она через социальную сеть обратилась за помощью к главе республики Артуру Парфенчикову, но получила сухой ответ. Ее детей власти защищать не хотят.

Абсолютная власть

Вообще-то создается впечатление, что далекий поселок Кубово живет своей жизнью. Как говорит Екатерина Ивановна Петренко, аптеки здесь нет, фонари на улицах не горят, тарифы на услуги ЖКХ запредельны… Поселок как на острове: до него непросто добраться. Рейсовые автобусы отменены, один раз в неделю в сторону Пудожа идет маршрутка, в которую набивается по 20-25 человек, но в распутицу ни ей, ни легковой машине не проехать. Местная власть, кажется, всерьез уверена, что ей можно все.

Но, тем не менее, Интернет здесь есть, и люди все видят, знают. Они написали письмо с просьбой проверить законность действий администрации сельского поселения по переселению жителей из аварийного жилья и направили его в республиканскую прокуратуру, Следственный комитет и уполномоченному по правам человека.

Как рассказал прокурор Пудожского района Николай Вагин, он подал иск в районный суд по поводу незаконного получения квартиры семьей Семинаристовых, и суд принял решение об их выселении. Верховный суд это решение оставил без изменений. Следком возбудил уголовное дело по факту превышения полномочий должностными лицами. Подробностей называть не стал: идет следствие, но сообщил, что руководитель Следственного комитета провел прием граждан в Пудоже.

— Я надеюсь, что справедливость все-таки восторжествует, — говорит Екатерина Ивановна. — У меня двое детей, пять внуков и пять правнуков. Мечтаю о том, что получу квартиру и соберу за столом всю свою большую семью, а 9 мая поедем в Белоруссию на могилу моего отца, местные жители нас  приглашали.

Мяч на стороне власти. Как она поступит с ним: отфутболит или пойдет на защиту немногочисленных оставшихся в живых участников Великой Отечественной войны, молодых матерей, маленьких детей, обычных граждан? Издавна на Руси считали, власть — не божья милость, а наказание — ответственность за принятые решения.

Ольга Малышева's picture
Автор:

Уже двадцать лет работает в «ТВР-Панораме», которая на сегодня плавно влилась в редакцию портала «Петрозаводск говорит». Ей нравится работать с молодыми, креативными, энергичными и умными коллегами. Правда, они считают ее неким мастодонтом, а потому периодически спрашивают о событиях 1917 или 1812 годов... Но она не возражает, потому что  любит историю. А еще любит ездить в командировки и писать о том, чем и как живут земляки.