Обыски в администрации Петрозаводска, в кабинетах высоких чинов городской власти, и даже на квартире у вице-мэра карельской столицы Евгения Журавлева вызвали множество откликов и комментариев. Если верить «силовикам», то к Журавлеву «пришли» в рамках обычного уголовного дела, возбужденного, впрочем, по необычно крупному мошенничеству с городским имуществом. Сам Журавлев предпочитает видеть в происходящем события политической жизни – он, якобы, собирался в будущем году попробовать свои силы в борьбе за пост мэра Петрозаводска, и эти обыски должны его дискредитировать.
Сторонники Журавлева эту версию активно поддерживают и продвигают в СМИ, обращая особое внимание на то, что та сделка, к которой возникли вопросы у следствия, предельно законна; противники Журавлева, как ни странно, против данной версии также не возражают. Считая, впрочем, что поскольку Журавлев якобы входит в «команду Алиханова», то накопать на него компромат можно без труда, и потому эта группа наблюдателей авансом аплодирует любым действиям правоохранителей.
То есть обсуждаются две версии – правоохранительная и политическая. Мы бы хотели предложить третий вариант, который в чем-то объединяет два первых, но помещает наши локальные скандалы в общероссийский тренд.
Примерно два месяца назад стало ясно, что федеральная власть решила объявить поход против коррупции. Началось всё с министра обороны РФ Сердюкова и его симпатичных подчиненных, и дотянулось уже до некоторых губернаторов и приближенных к ним лиц. На общефедеральных каналах как по команде (да, впрочем, чего лукавить – именно по команде) появились разоблачительно-сенсационные материалы о взятках на самом высшем уровне, к этой борьбе за правда и чистоту подключились самые тиражные российские газеты, в общем – великий слепой прозрел и возопил «доколе?».
Причины, которые побудили к этому российскую власть, очевидны:
— Нынешняя борьба Путина с коррупцией решает, ко всему прочему, одну существенную политическую задачу, — считает карельский политолог Анатолий Цыганков. Главной публичной и организованной силой «демократической московской улицы» являются тамошние либералы (навальные и компания). Они организаторы уличного протеста. Но если начать сравнивать, чем эта либеральная публика отличатся от президентской «кампании Путина», то из десяти отличий мы, пожалуй, лишь одно и сыщем. Ведь и Путин, и Навальный (и все иные в куче с ним — писатели, шахматисты, теледивы) — за капиталистическую Россию. А вот что их до сих пор отличало, так это то, что «навальный» (я его фамилию используя как образ) — яростный борец с коррупцией. И если сейчас Путин, теряющий авторитет в массах избирателей, выхватит тот же лозунг антикоррупционный у «навальных» то он сильно их потеснит. Улица останется без людей, и всё меньше граждане будут выходить, особенно если подробно расскажут о личностях вождей уличной оппозиции. Так что борьба с коррупцией косвенно обрушивает еще и основы «орущей улицы». Чего теперь-то орать, когда посадки начались?
Однако, продолжает рассуждать Цыганков, сразу встает вопрос – а насколько это серьезно? Что хочет Путин – просто укрепить свой рейтинг или, понимая, что он находится у власти последний срок, все-таки изменить страну, дать ей новый импульс и направление развития? Что у нас – борьба с коррупцией или «кампанейщина»? Пока непонятно.
Однако для нас, в регионах, это и не важно, так как даже если это всего лишь политический пиар-ход, то в любом случае власти и силовики на местах получили внятный сигнал: каждый чиновник понимает, что даже если он – «член команды», это больше не страховка от неприятностей. Аналогичная установка транслируется и на регионы, все коррупционные процессы подмораживаются. А антикоррупционная борьба, напротив, усиливается. Любой правоохранитель понимает, что вот сейчас как раз тот самый момент, когда можно поймать в свои паруса карьерно-наградной ветер. Ложка дорога к обеду, а вовремя отличившиеся получат поощрения и сделают весьма быструю карьеру. А значит, силовики будут искать возможность отличиться.
Но в Карелии с этим пока как-то невесело. Ведь если верить официальным отчётам, то коррупцию мы практически победили еще до того момента, когда этой проблемой озаботились на федеральном уровне. С начала года число коррупционных преступлений снизилось со 127 до 43, то есть на 66,2%; экс-министр Собинский уже получил 3 года условно, экс-министров Мазуровского и Бойнича судят; в общем, кругом благодать, а законопослушность чиновников вот-вот достигнет среднестатистического уровня соседней Финляндии. И как в таких условиях – и отчитаться, и отличиться?
Вот тут-то и приходит карельским силовикам на помощь петрозаводская мэрия. Претензий к администрации со стороны горожан – не счесть, подозрений в отношении чиновников – море, неудовольствие в отношении команды Журавлева-Алиханова (или, скорее, Алиханова-Журавлева, а Левина по понятным причинам вспоминать не будем) во властных кругах – серьезное. Отличная цель для антикоррупционной атаки. Потому и поднимается в атаку спецназ, за которым следует фотограф и пресс-секретарь для оперативного освещения событий в СМИ.
Но, к сожалению, у любой такой пропагандисткой акции есть и обратная сторона: проще всего искать там, где светло, а не там, где на самом деле что-то пропало. Вся шумиха, все усилия грозят уйти в агитационный свисток, и если следователи действительно торопились лишь отчитаться наверх о своих успехах (мол, мы – тоже боремся! мы тоже против коррупции!), то очень вероятно, что вся операция, начавшаяся так шумно, закончится грандиозным пшиком.
В конце концов, это уже не первый визит следователей в мэрию – приходили в администрацию с обысками еще при Маслякове, находили 100 с лишним преступлений в бытность новой власти, и чем всё закончилось? Масляков – в кресле федерального министра, а нынешняя команда готовится переизбрать себя во власть на будущих сентябрьских выборах.
Наши силовики научились громко рассказывать о своих победах, а вот ловить реальных жуликов и воров у них получается, на наш взгляд, не очень хорошо. И вдвойне обидно когда в результате низкой квалификации следователей от ответственности уходят реальные взяточники и коррупционеры. Ведь отчитываться наверх все равно надо – и тогда нужные цифры в отчетах «добирают» за счет учителей, врачей и чиновников, просто-напросто подписавших не ту бумажку. Это – гораздо легче, чем разбираться в путаных схемах реального воровства народных денег.