Экспедиция в глухомань. Первое свидание с Водлозерским нацпарком

11 октября 2017, 11:11
353
Путевые заметки о вояже из Карелии в Архангельскую область и обратно по деревянным мосткам.

Текст и фото Игоря Подгорного

Попасть в Водлозерский национальный парк я хотел давно. И вот мечта сбылась. Виктор Николаевич Мамонтов — начальник научного отдела Парка согласился взять меня с собой, в очередную экспедицию.

Мы отправились в центральную часть нацпарка, где в начале июня прошла первая экспедиция в рамках проекта «По следам северного оленя». Проект начался в марте 2017 года при поддержке благотворительного фонда «Красивые дети в красивом мире». Цель работы — изучение и сохранение европейского лесного северного оленя на заповедной территории Карелии и Архангельской области.

Чтобы понять жизнь оленьего стада (а оно на территории Водлозерского парка относительно небольшое, около 200 голов), учёным необходимо уточнить численность животных, пути их миграции, места кормёжки. В июне Виктор Николаевич установил для этого восемь камер-фотоловушек. Теперь ему нужно проверить результаты «фотоохоты» и установить ещё пять камер. А осенью поймать несколько оленей, чтобы надеть на них специальные ошейники с gps-передатчиками.

Это планы. Для начала надо добраться до места работы. Путь неблизкий: 400 км от Петрозаводска до посёлка Валдай в Сегежском районе Карелии, потом 2 часа по лесной дороге на парковской «буханке» и напоследок — 60 км вниз по реке на лодке.
Первая ночёвка — на кордоне, на Пелозере. Из Валдая ехали на УАЗе с инспектором Андреем и его верным штурманом — лайкой Карелом.

Два часа болтанки и, наконец, остановка. Приехали. С дороги уходит тропка в болото, примерно в километре виднеются домики. Это и есть кордон. Летом подъезда к нему нет. Только пешком. Зимой проще — можно доехать на снегоходе.
Берём самое необходимое: продукты, вещи для ночёвки, фототехнику, меняем городскую обувь на сапоги.

Совсем скоро болотистая, хлюпающая под ногами тропинка, превращается в деревянную. До самого кордона проложены деревянные мостки. Идёшь, как по тротуару.

На подходах к кордону — противопожарный плакат и табличка нацпарка. Это граница Карелии и Архангельской области. Шаг — и мы уже в Архангельской области.

Через пять минут мы на кордоне. До темноты ещё есть время. Быстро перекусываем и расходимся: Владимир Николаевич — в лес, я с Андреем — на рыбалку.

Рыбачили час с хвостиком. Результат — 3:0 в пользу Андрея. Точнее, его белой блесны (мою, жёлтую, щуки не замечали). Ловили на «дорожку». Каждый раз после поклёвки, Андрей быстро-быстро вытаскивал леску руками и вытягивал щуку в лодку. После чего в ход шёл «успокоитель» (он же — «выключатель») — небольшая деревянная дубинка.

Возвращаемся на кордон. Свежая рыба на ужин, немного новостей по телевизору, вечерние неспешные разговоры и спать. Утром вернулись в Карелию и поехали в сторону реки Илекса. Через 9 км дорога закончилась. Дальше — пешком. Первые полтора километра — по лесной тропинке, дальше, километра четыре — по уже знакомому деревянному, в две доски тротуару. Перед мостками в лесу припрятана тачка, на которой можно довезти до реки вещи, чтобы не делать несколько ходок туда-обратно.

На берегу подкачиваем лодку, ставим мотор, грузимся и отчаливаем.

Виктор Николаевич у руля, я на носу с фотоаппаратом наготове. Сплавляться часов пять. 8-сильный моторчик тянет нагруженную лодку небыстро.

Лодка наша, как бегунок-собачка, распахивает «молнию» берегов неспешной, до краёв налитой Илексы.

Первая встреча на реке — туристы на байдарках. Подходим ближе, здороваемся. Смотрю, знакомое лицо. Вот это встреча! В байдарке — мой друг, фотограф из Питера. Путешествует с семьёй и друзьями. Последний раз виделись с ним год назад, в Петрозаводске. И на тебе, встретились на заповедной реке.

Час за часом скользим по Илексе. Методично, без происшествий и каких-либо неожиданностей. 45 минут тарахтения мотора, 3 минуты тишины на доливку бензина, 45 минут движения, остановка...

Река вливается в озеро Тун, мелкое, заросшее травой.

 

В этом году вода высока, заросли не такие густые, как обычно, коридор в траве легко угадывается, не заблудишься.

За очередным речным поворотом — постройки. Кордон.

На мостках инспектор — «Я уж собрался лодку спускать, смотрю гонят, думаю, кто такие борзые, прут без остановки». Причаливаем.

А дальше — как в мультфильме про Винни-Пуха: «Они посидели немного, потом ещё немного...» Пьём чай, разговариваем. Инспектора — Василий Васильевич и Андрей достали карты (не игральные), обсуждают с Виктором Николаевичем прошлые и будущие маршруты.

Есть разговоры и споры вагонные, а есть кордонные. Заповедные люди часами могут рассказывать о том, где, когда и кого встретили в лесу и на реке. Вслушиваюсь в непривычные названия, в очередной раз удивляюсь, насколько точно и детально знают местность инспектора.

16-30, на столе сигналит мобильник. Удивляюсь, неужели ловит? Нет. Это напоминалка о том, что пора на рацию. 8-30 и 16-30 — время радиосвязи с «центром» с красивым позывным — «Фуксия». Инспектора идут к рации, мы к лодке. До дома ещё 10 км.

Наконец мы на месте, на кордоне «Мельничный», в светлом сосновом бору между одноимённым озером и Илексой. Нас ждут баня, ужин и разговоры с хозяевами: Володей и Андреем. А наутро — первый маршрут к первой фотоловушке.

Олени в ловушке

Утром мы с Виктором Николаевичем снова садимся в лодку. Задача проста — снять карточку с фотоловушки, которая стоит в лесу с июня и установить новую камеру. Но для этого нужно пройти с десяток километров по лесу и болотам.

Всего нужно проверить 8 камер, которые стоят с июня и установить 5 новых. Если позволит погода — запустить квадрокоптер, поискать оленей с воздуха. Очень важно уточнить количество оленей в Парке и особенности их жизни. Учёные очень хотят занести Водлозерскую популяцию северного оленя в Красную книгу (предложение оформлено, уже около двух лет документы ждут утверждения). Это позволит не только сохранить этих прекрасных животных, но и спасти от вырубки места их обитания — таёжные леса.

Наша первая точка в районе озера Носовское. Не так давно, несколько десятилетий назад, на его берегу стояли три деревни. Сейчас остался лишь один дом. Да и тот нежилой, с проваленной крышей.

С трудом причаливаем к берегу. Мешают трава и кусты. К лесу пробираемся через «джунги», траву в человеческий рост. Когда-то здесь были деревенские поля.

Первые наблюдения: следы лося, медведя, волка, редко — оленя. Первые записи в полевом дневнике. Первые укусы комаров. Вспоминаю свои геологические маршруты. Давно это было, больше 10 лет прошло. Но, как говорится, ноги помнят.

Вот и первая камера.

Работает она очень просто. Реагирует на движение и снимает. Фото и видео. Днём и ночью. Эта сделала за два месяца около 60 кадров. Надеемся, что в объектив попали и олени — главный объект исследований.

Возвращаемся к лодке и двигаемся к следующей точке, ставить новую камеру и проверить «солонец» — специальную конструкцию, куда сотрудники парка кладут соль. Здесь олени и лоси восполняют недостаток солей в своём обычном растительном корме.

 

Работа работой, а обед по расписанию. Тем более, что хорошее «кафе» под открытым небом подвернулось. Болото, усыпанное морошкой. «Пасёмся», что твои олени.

Продолжаем путь по реке Шуя, на которую нанизаны озера с оригинальными названиями: Первое, Второе и, что характерно, Третье. Между Первым и Вторым останавливаемся. Продолжение маршрута — очередные несколько километров по лесу. Для Виктора Николаевича обычное дело, у меня ноги начинают с непривычки гудеть. Но работу надо сделать.

Благо, ходить несложно. Идём по сухой гряде между болотами, по набитой зверями, в том числе и оленями, тропе. Отличное место для фотоловушки. Ставим камеру  и можно возвращаться к лодке. Время от времени останавливаемся, чтобы встать лицом к ветру — отдохнуть от надоедливой мошкары.

Вечером на кордоне просмотрели фотографии и видео с фотоловушки. В кадр попали глухари, олени, лоси. Кадр дня — лосиха с лосёнком.

Лобелия Дортмана и Юрьевогорская обитель

На следующий день я остаюсь дома. Инспектор Володя обещает свозить на соседний кордон, на озеро Монастырское.

Пока есть время, снимаю около жилья. Живём в заповедном лесу, между озером и рекой, за интересными кадрами далеко ходить не надо. Прямо у мостков на озере растёт невзрачное, но краснокнижное растение — Лобелия Дортмана. Сейчас оно как раз цветёт. Голубика, вереск в цвету, водомерки, собравшиеся для какой-то своей водомерочьей надобности на листе кувшинки. В неспешной съёмке время пролетает незаметно.

После обеда уходим на Монастырское озеро, вниз по Илексе. Почти сразу Володя причаливает к берегу, около одной из оборудованных туристических стоянок  (поддержание стоянок в порядке, заготовка дров для туристов входит в обязанности инспекторов Парка).

 

- Сделай пару кадров, тут вид на реку красивый. Я даже зимой сюда иногда специально на снегоходе приезжаю, посмотреть.

 

Поднимаемся на косогор. И правда — красота. Голубая Илекса в зелёной оторочке лесов. Река уникальна тем, что на её берегах нет ни одного населённого пункта.

А раньше были. Например, Юрьевогорский монастырь, на месте которого сейчас стоит храм-новодел, а рядом — ещё один кордон Нацпарка, «Монастырский». Церковь видна с воды, высокая, двухэтажная.

Причаливаем, подходим к домику.

Знакомься, — говорит Владимир, - Александр. «Архангел Грехуил», — шутит тот, пожимая мне руку. От храма в сторону дома идёт человек в накомарнике с двумя пятилитровыми бутылками. Это Сергей, или как его здесь называют — Сергий. Сам из Интерпосёлка. 18 лет живёт по монастырям. Был на Валааме, на Соловках, в Палеостровском монастыре в Заонежье. Год назад спустился на резиновой лодке по Илексе и осел в Водлозерье.

«За год не пропустил ни одной службы, даже когда болел», — рассказывает Александр Грехуил.

«Проходите в дом, у нас сегодня праздник, Преображение. Я с утра судачка поймал, сегодня можно», — говорит Сергий, выбираясь из накомарника.

 

Домик — прихожая, да небольшая комнатка, где и живут Саша с Сергием. В углу иконы, на столе миска с морошкой.

 

«Как насчёт кофейка, по-таёжному?», — спрашивает Александр.

 

К кофейку и морошке на столе появляется судак: солёный и запечённый. Хлеб собственного изготовления. «Кексики», как их называют хозяева. В общем, попали мы с корабля на бал. Точнее, на пир.

 

После угощения мы с Сергием идём в храм — потомок Юрьевогорского монастыря. Основал монастырь монах Дионисий в 17 веке. Место для строительства нашёл не с первой попытки. Пытался основать святую обитель на Кенозере, но был изгнан с его берегов тамошними жителями. Второй раз неудачу в своем богоугодном деле он потерпел на Водлозере. Третья попытка увенчалась успехом. В 1616-17 годах Дионисий построил монашескую келью на Юрьевой горе у Юрьева озера, после чего отправился в Москву просить благословения своему начинанию.

Благословение Московской патриархии было получено в 1618 году, а сам Дионисий был рукоположен первым настоятелем пустыни под именем Дамиана. В 1637 году пустыни была дана царская жалованная грамота на земли на Юрьевой горе, причем их обработкой занимались сами монахи.

 

Первое время пустынь активно развивалась. В 1648 году в ней уже были три церкви: в честь Животворящей Троицы, Введения во храм Пречистой Богородицы и Зосимы и Савватия Соловецких. К переписи 1678 года две из трех церквей сгорели, сохранилась только Троицкая церковь. К концу ХVII века, как считается, восстановили лишь Введенскую церковь. Пустынь владела пожалованными ей землями вплоть до указа Императрицы Екатерины Великой «О секуляризации церковных и монастырских земель» 1764 года. Одновременно с упразднением пустыни был образован Юрьевогорский приход, а её церкви стали главными церквами прихода. Несмотря на упразднение пустыни, паломники, проходившие Илексою на богомолье на Соловки, даже в начале ХХ века неизменно заворачивали к Юрьевой горе посмотреть на «свято место». Свято- Троицкий и Введенский храмы на месте пустыни сгорели еще раз в конце ХVIII века и заново были отстроены в 1790 году.

В 1892 году рядом с храмами была построена колокольня. Эти два храма пережили революцию и гражданскую войну. Особенно красивым был двухэтажный Свято-Троицкий храм. В годы Великой Отечественной войны местные власти приказали разобрать его на дрова для печей сельсовета. Бревна так и сгнили на берегах Юрьева озера. В июне 2001 года совместная экспедиция Онежского и Карельского филиалов национального парка «Водлозерский», в состав которой входил также монах Ильинской Водлозерской церкви св. о. Нил, установила на месте алтаря Свято-Троицкого храма памятный крест и совершила обряд его освящения. 1.

 

В 2013 здесь поставили двухэтажную церковь. Нижний храм — Введенский, в честь Введения во храм Богородицы, верхний — Троицкий. Рядом — погост с древними крестами, часовня Преподобного Прохора Юрьегорского чудотворца  и родник .

 

«Сфотографируй дерево, необычное оно, очень мне нравится. Соловья-разбойника только не хватает», — говорит Сергей, показывая на сосну, с несколькими верхушками.

 

Пьём воду из родника, холодную, с сильным запахом сероводорода, возвращаемся к дому.

 

Прощаемся с хозяевами и отбываем к себе, на кордон. Саша Грехуил, в миру — Александр Гришин, обещает наведаться в гости.

На обратном пути пробуем рыбачить, но рыба клюёт неохотно. «Вода ещё слишком высокая», — объясняет Владимир. Тем не менее, у него в зачёте пара щук, да у меня окунь грамм на 900. На ужин хватит.

1К.К. Логинов (Петрозаводск). К проблеме этнокультурного развития Среднего Поилексья и Северного Приилексья: http://folk.pomorsu.ru/publicat/27.php

Собачьи нервы и тишина в подарок

Очередной день начали с полёта. Подняли квадрокоптер и глянули с высоты на кордон, Илексу и озеро Мельничье. Потрепали нервы Дымке. Собака никак не могла понять, что за странный зверь такой в её владениях — жужжит, летает и не боится.

После полёта инспектора пошли чинить-смазывать снегоход, зима не за горами. Виктор Николаевич отправился в очередной многокилометровый маршрут. А я решил неспешно обойти озеро Мельничье.

Поснимал хищников: скопу — птицу-рыболова ( и росянок — «комариную смерь» , как называл это растение писатель-натуралист Виталий Бианки. Зреющую клюкву, болотные моховые ковры с оранжевыми бусинами морошки, озеро, стрекоз, птичью мелочь, лес.

 

Вернулся на кордон, а там гости — знакомые туристы добрались до нас.

Вечерние разговоры затянулись до рассвета. Небо над озером начало тлеть красным. Птицы и комары ещё не проснулись. Почти полная тишина вокруг. Слышен лишь шум порога в километре ниже по течению.

Здешнюю тишину можно предлагать туристам в качестве дополнительной услуги. В городе, даже за пластиковыми стеклопакетами такой не бывает. А здесь — пожалуйста. Режь кусками, да с собой бери. На всех хватит.

Почти утро, но спать не хочется. Мне остаётся один день на кордоне и больше суток

обратного пути. Сначала по реке, вверх по течению, потом до Сегежи. Оттуда — до Петрозаводска на автобусе.

Надеюсь, в Водлозерский нацпарк я ещё вернусь. Увижу золотую осень, услышу глухарей на току. Даст Бог, увижу и оленей. А пока, до свидания, Водлозерье. Я буду скучать. И немного грустить. Как грустит Дымка, провожая очередных туристов.

Спасибо всем сотрудникам Водлозерского национального парка за доброжелательность и помощь в организации съёмки.

Водлозерский национальный парк создан 20 апреля 1991 года. Расположен на границе Карелии и Архангельской области. Площадь — 0,5 миллиона га.

На территории Парка сохранён крупнейший в Европе массив коренных лесов европейской тайги. Средний возраст деревьев 200-240 лет, отдельные сосны и ели долгожители достигают 500-летнего возраста.

В Парке живут медведь, рысь, росомаха, куница, барсук, выдра, лисица, лось и северный олень. На территории гнездятся лебедь-кликун, гусь-гуменник, серый журавль, филин, крупные совы и другие виды. Здесь много глухаря, рябчика, тетерева. Особую ценность представляют редкие хищные птицы: орлан-белохвост, скопа, беркут.

Жемчужина края — озеро Водлозеро. Главная водная артерия территории – река Илекса (в переводе с саамского означает «текущая сверху, верхняя река»). Озера и реки Парка богаты рыбой: здесь ловится судак, лещ, ряпушка, щука, налим, окунь, сиг, язь и другие рыбы.

Одним из феноменов Парка является высокая степень его заболоченности. Преобладание болот является загадкой, ведь территория Парка расположена относительно высоко, 150-200 м над уровнем моря на плоском плато.

Посещение территории Национального парка «Водлозерский» возможно только по специальным разрешениям, выданным администрацией парка. Более подробная информация о разрешениях и услугах, предоставляемых парком — официальном на сайте в разделе «Туризм» (http://vodlozero.ru/turism/).