27 июля 2015, 16:06
2089

«Меня не покидала мысль, что если кто-то уйдет под воду, этого никто даже не заметит...»

<p>К сожалению, смертельные случаи происходят почти всегда на стартах по тяжелейшему триатлону такого уровня, - говорит первый Ironman Петрозаводска Тимур Зорняков</p>

Стать айронменом — почти фантастика. Уму непостижимо, как это можно — проплыть в открытой воде почти четыре километра, выскочить на берег и, оседлав велосипед, крутить педали 180 км, а потом, на «закуску», спешно обувшись в кроссовки, протерпеть марафон в 42 км? И ведь без передышки, чтобы уложиться в лимит времени — 15 часов. Опоздай хоть на секунду — и нет твоего финиша. Триатлон Ironman считается самым главным испытанием на выносливость, выдержать которое способен только железный человек. Экспрессия этой метафоры в данном случае уникальная. Для айронмена нужны железные силы, железная воля и железные нервы.

Депутат Законодательного собрания РК Тимур Зорняков стал первым «железом» Карелии. Из Франкфурта, где на днях проходил чемпионат Европы по триатлону Ironman, наш земляк вернулся с победой.

ДЛЯ СПРАВКИ

Ironman — соревнование по триатлону, организуемое The World Triathlon Corporation (дословно — «Всемирная корпорация триатлона»). Состоит из трёх этапов, проводимых в следующем порядке без перерывов: заплыва на 2,4 мили (3,86 км), заезда на велосипеде на 112 миль (180,25 км) и марафона — забега на 26,2 мили (42,195 км).

— Тимур Анатольевич, уже одно количество километров, которые нужно было проплыть, проехать, пробежать, наводит ужас. Ну это же абсурдно, нереально и невыполнимо в принципе. Никто не крутил пальцем у виска?

— Крутили, и не раз. Читал на лицах многих коллег и знакомых удивление, граничащее с недоумением. Называли все это безумием. Спрашивали: зачем?

— Так зачем же?

— В первую очередь для себя. Поставил цель. И справился, хотя результат из ряда вон плохой. Не повезло с погодой. Воздух был очень тяжелым. Духота. И это мой первый Ironman.

— А насколько популярен триатлон Ironman в России?

— В России 593 айронмена. Я 594-й. А года два назад было всего человек 200. Так что число смельчаков растет. В стартах во Франкфурте участвовали 90 россиян. Половина из этого числа москвичи и питерцы.

— Кто же эти крутые люди, способные на самоистязание?

— Профессионалов спорта среди них мало, в основном любители, и, как правило, это люди успешные. К примеру, Виктор Жидков, который сподвиг меня лет шесть назад пробежать первую тридцатку, пригласив на старт в фейсбуке, банкир, никогда не занимавшийся профессиональным спортом.

— Тимур Анатольевич, спорт всегда был для вас не увлечением, а образом жизни. Так что айронменом вы стали не «с дивана» .

— Это так. Я отслужил 20 лет. Из них 15 в спецназе. Спорт был всегда на первом плане. Бегали мы регулярно, но 10-15 километров. Не больше. Поэтому я и решил испытать себя, приняв приглашение Виктора Жидкова. Впервые участвовал в пробеге «Пушкин-Санкт-Петербург». Пробежал тогда 30 км только на своем здоровье. До гостиницы дополз на полусогнутых.

— И решили послать пробеги подальше? Или они зацепили?

Помню, перед «тридцаткой» написал в фейсбуке, что «первый раз бегу не по работе». А после этого события понял, что моего бегового запаса и энтузиазма мало. Надо тренироваться. И появилась мысль пробежать марафон. Думаю, если меня хватило на 30 км, то неужели не смогу выдержать 42? Стал читать о марафонах, спрашивать об этом старте у тех, кто уже не раз преодолевал его. Готовился самостоятельно и в 2012 году впервые пробежал марафон в Амстердаме.

— И чувствовали себя самым счастливым человеком на земле?

— Меня впечатлило больше всего огромное количество людей неспортивного телосложения. Полных, просто тучных, которые не спеша «царапали» дистанцию. Люди совершенно без комплексов. Я их видел и на 30-м, и на 40-м километре. Меня обогнал дед, похлопал по плечу. «Давай-давай!» — подбодрил. И в нем было столько энергии!

— Что и вам она передалась?

— Знаете, мы обычно восхищаемся спортсменами. Да, они боги! Они много трудятся, но эти люди на особом контроле, режиме, на финансах. Тренировки, питание — все отрегулировано. За них отвечают многие специалисты. А здесь 11 тысяч человек, среди которых всего лишь первые 2-3 сотни бегут за медалями, а остальные не ставят цели пересечь финишную черту первым, а соревнуются с собой, и зачастую за гранью постижимого.

— Долго бежали первый марафон?

— 4 часа 18 минут. Я еще раз понял, что надо готовиться к таким дистанциям. Очень скоро мой товарищ Андрей Киреев позвал меня на спринт-триатлон. Это 800 м по воде, 20 км велосипеда и 5 бега. Проходил он в Малых Вишерах. Плыл я тогда брассом и приплыл последним. Помню, вытягиваюсь из воды, чтобы глянуть на сушу, а там народ уже на велик садится. В общем, понимал, что между нами пропасть.

— Четыре часа — не такой уж и плохой результат для первого раза.

— Да нет, из ряда вон! Понимал, что надо бегать лучше. Год назад решился на международный триатлон в Абу-Даби. Это полтора километра плавания, 100 велосипеда и 10 бега. Взял на месяц велик у друга, поставил на станок и крутил педали, выбегая на снег. В бассейн зачастил. И тогда я впервые увидел и испытал триатлон — с массовым стартом, с заплывом. На одном из кругов на велике ухитрился заблудиться. Проехал лишних 8 км. Но не расстроился. Мое время было больше 5 часов. Тогда я понял, что нужен тренер. С марта прошлого года занимаюсь под контролем тренера из Санкт-Петербурга. Купил специальные приборы, фиксирующие состояние организма, и занимаюсь по плану. Решил преодолеть сначала half Ironman — половинку. В октябре 2014 года сделал это на Майорке: 1.8 км плавания, 90 велосипеда и 21 бега.

— Тимур Анатольевич, поставив амбициозную цель стать айронменом, вы наверняка сломали какието привычки, вышли из зоны комфорта. Это очень сложно?

— Год назад Ironman казался нереальным. Тренировался много. Больше всего пугала беговая дистанция. Так и вышло — марафон для меня оказался труднее всего. Вообще, ко многому был морально не готов. Например, к масс-старту на воде. Пришлось бороться за свое место в волне, потому что нас после рывка профессионалов оказалось 2700 пловцов.

И началось невообразимое, как метро в час пик, только на воде. Наполучал и подзатыльников, и тумаков, и пинков от конкурентов. И на всем протяжении пути меня не покидала мысль, что если кто-то уйдет под воду, этого никто даже не заметит.

— Условия триатлона были экстремальными. В Интернете сказано, что до финиша не дошло 34 процента участников. Обошлось без смертей?

— Бег при температуре 40 градусов — это экстрим. Адовое пекло. Спасибо местным жителям — они выносили из своих домов лейки, шланги с водой, самые разные поливалки. Это очень спасало. За время триатлона выпил ведра полтора воды. Машин с медиками было много. Вой сирен слышал десятки раз.

Видел, как снимали с дистанции человека, у которого взгляд был затуманенным. Примерно каждые 3-4 км кто-то сидел в кустах, кто-то лежал, кого-то увозили. 40-летний австралиец умер, после того как потерял сознание после бега.

— На финише?

— Да. Впал в кому. Врачи два дня боролись за его жизнь. В Интернете читал, что диагноз — отек мозга. Причина — критический недостаток солей в организме. К сожалению, смертельные случаи происходят почти всегда на стартах такого уровня. В Амстердаме, к примеру, погиб участник тоже на марафоне.

— Сколько времени давалось на все три этапа?

— Пятнадцать часов. Ровно в 22 часа результаты уже не фиксировались. Погас свет, и в небо полетели шары. Мы после финиша шли по транзитной зоне, чтобы забрать велосипеды, и видели, как люди еще добегали последние метры, но на табло их ждало лишь приглашение на следующий триатлон. Обидно, но это спорт.

— Спорт все-таки должен приносить радость, а не потери? Что посоветуете тем, кто захочет в айронмены? Или я это сделал, а вам не советую?

— Самое первое, что нужно сделать — это решиться на триатлон. Я же ни в одном из трех видов не был настолько силен, чтобы не сомневаться в том, что все получится. Надо даже психологически осознать, что тебе предстоит очень непросто. Затем слушать свой организм, чувствовать рамки своих возможностей. Постоянно проводить мониторинг физического здоровья. Это очень важно. Не забывайте, что здоровье гораздо важнее любого триатлона, марафона и времени на финише.

— Тимур Анатольевич, а вдруг чудаки пройти железную дистанцию найдутся в Карелии? Есть у нас какой-то клуб?

— Я вхожу в клуб «Трилайф», который создал мой друг Виктор Жидков. Сегодня клуб вышел на шестое место в мире. А еще год назад о нас никто не слышал. В Петрозаводске недавно создана федерация триатлона. Так что, думаю, этому спорту быть в Карелии. В него вполне могут включиться лыжники, бегуны — люди с хорошей базовой основой.

— Нужна лишь мотивация?

— Она у каждого должна быть своя. Успеха можно вполне добиться и в зрелом возрасте. Правда, это очень и очень сложно, потому что триатлон — образ жизни. Но, преодолев однажды это суровое испытание, ты скажешь себе: «Вот то, чего ты хотел! И оно получилось!»