Много шума наделало заявление Владимира Путина о разводе с женой. Если отвлечься от скандально-желтой составляющей этого события, и посмотреть на последние действия Президента вкупе, то становится очевидной вполне определенная тенденция: Путин начал разрубать «гордиевы узлы» своего третьего срока. И эта решительность не сулит ничего хорошего «Единой России» — нынешняя партия власти вполне может отправиться вслед за Людмилой Путиной, тем более, что и имя политической разлучницы все уже знают: движение «Общероссийский народный фронт».
Владимир Путин начал решительно действовать с началом июня. Но очевидно, что все предпринимаемые им сейчас шаги задумывались и прорабатывались достаточно долго. И нашумевший развод лишь свидетельство того, что Путин готов наконец-то похоронить то, что умерло уже давно. И семейная жизнь лишь самое больная для него, как для человека, но не самое главная, как для главы государства, проблема. Гораздо важнее то, что на прошлых выходных в Дагестане был показательно арестован и вывезен в Москву всесильный мэр Махачкалы Саид Амиров.
Для большинства жителей Карелии, да и всей России, это имя ни о чем не говорит (если кто-то из нас его и слышал, то исключительно в контексте рейтинга «лучших мэров страны», в котором Амиров занял – первое место, а наш Николай Левин – третье, что само по себе достаточно пикантно). Между тем, на Северном Кавказе в неофициальном табеле о рангах Амиров занимал второе место после Рамзана Кадырова. С 1998 года он управлял Махачкалой, являясь главой влиятельнейшего клана. Известно, что дагестанские чиновники больше напоминают феодальных баронов, чем обычных клерков –в 1999-м году Амиров собрал и возглавил отряд дагестанского ополчения, воюя с террористами Басаева и Хаттаба (вы представляете мэра Петрозаводска во главе подобного вооруженного формирования?), а позже железной рукой управлял столицей республики, пережив 8 покушений, среди которых – пулеметные очереди, взрывы управляемых фугасов, обстрел из гранатомета. Надо думать, что Амиров в долгу не оставался. Во всяком случае задержан он был по подозрению в причастности к участию в преступной группировке, на счету которой торговля наркотиками и многочисленные убийства сотрудников правоохранительных органов. Личной скромностью махачкалинский мэр тоже не отличался – о его вилле ходили легенды, и Амиров вполне уютно чувствовал себя на вершине коррупционной вертикали, которая в Дагестане начинается, буквально, с места нянечки в детском саду. Чтобы попасть на работу в дошкольное учреждение здесь платят приличные взятки, которые «отбиваются» за счет поборов с родителей. Именно эта удушающая атмосфера коррупции и безнаказанности и является одной из главных причин оттока с Северного Кавказа молодежи, которая просто не находит себе применения в выстроенной системе. Именно в создании этой системы винят дагестанские «лесные братья» местных чиновников и Москву, находя выход в радикальном исламе. И поэтому задержание Амирова выглядит сейчас как попытка федерального центра начать наведение настоящего, а не декоративно-условного порядка на Северном Кавказе. Арестовали, условно говоря, не мафиозного «шестерку» или даже «лейтенанта» мафии, а одного из самых влиятельных «донов» российского юга, который, вроде бы, плотно встроился в систему нынешней власти, и чей арест был рискован уже по этой причине. Как считает большинство экспертов, решение такого уровня мог принять только лично Владимир Путин, и то, что Кремль наконец-то решился на нанесение удара говорит о возможном желании главы государства наконец начать борьбу с коррупцией не на словах, а на деле.
Следующее решительное действие Путина – отставка мэра Москвы Сергея Собянина и внеочередные выборы столичного градоначальника. Как известно, все время пребывания у власти Путин последовательно сворачивал все демократические процедуры. Началось все с отмены выборов губернаторов, а закончилось отменой выборов даже большинства глав поселковых администраций. И вдруг Кремль сознательно идет на проведение выборов, да не где-нибудь в глубинке, а прямо в Москве, где риски, с учетом достаточно массовых протестных настроений, высоки. Кажется, Путин хочет, чтобы Собянин сел на Москву крепко и никто не мог оспорить его легитимность, ни под каким предлогом. Ради этого он решился даже пойти на опасность выборов.
Развод с Людмилой Путиной также зафиксировал решимость главы государства наконец-то прекратить видимость брака, которая сохранялась уже несколько лет.
И теперь впереди новый рубеж. 11-12 июня в Москве состоится учредительный съезд движения «Объединенный народный фронт». Это организация появилась накануне парламентских выборов 2011 года, когда стало ясно, что рейтинг «Единой России» стремительно покатился вниз. Дискредитация правящей партии продолжилась и после выборов. Многочисленные скандалы с зарубежной недвижимостью и отпрысками в элитных западных учебных заведениях, в которых раз за разом оказываются уличены патентованные «патриоты» из партии власти, продолжают «добивать» её рейтинг. Самые предусмотрительные чиновники уже покинули «Единую Россию», а прочие стремятся не афишировать свою партийную принадлежность. Тот же Собянин буквально только что заявил, что пойдет на выборы Москвы не как представитель «Единой России», а как самовыдвиженец. В общем, вчерашняя опора превратилась в балласт, и, как предполагают многие, вот-вот будет сдана в утиль. Официально это может быть объявлено как раз в этот вторник, на съезде ОНФ, который и создавался как своего рода новая подпорка власти и лично Владимира Путина.
До последнего времени «единороссы» могли рассчитывать на известную особенность Владимира Путина, который «своих» не сдаёт, и надеяться на то, что «Единую Россию» будут реформировать по щадящему сценарию и позволят сохранить свои позиции во власти. Собственно говоря, это надежда и теперь остается, однако решительность, с которой Путин ринулся разрубать «гордиевы узлы» накопившихся проблем должна их настораживать. Уж если Путин сумел найти в себе силы публично разорвать отношения с человеком, с которым его связывали 30 лет совместной жизни и двое детей, то уж наверное развестись с партией, которую создавали как инструмент его политики и ничего больше, ему будет гораздо проще.