17 октября 2014, 15:39

В Петрозаводск привезли велосипед цесаревича

В Музее изобразительных искусств сегодня открывается выставка из Петергофа о предчувствии войны.

Самое интересное – заглянуть в кухню, когда там готовится что-нибудь особенное. За пару дней до открытия выставки «Первая мировая. Петергоф. Прелюдия трагедии», мы побывали  в Музей изобразительных искусств в Петрозаводске.  В залах первого этажа сотрудники музея-заповедника «Петергоф» и их коллеги из Петрозаводска распаковывали, расставляли, развешивали многочисленные экспонаты – сервизы, мебель, макеты, костюмы. В центре зала – старинный детский трехколесный велосипед. Интересно,  какое отношение он имеет к  войне?


Игры и балы  
Ольга Александровна Захарова, заведующая фондовым отделом музея-заповедника,   объясняет:

 На этом велосипеде по дорожкам Петергофа катался цесаревич  Алексей. И мы посчитали, что он необходим в нашей экспозиции. 100-летие    Первой мировой войны —  памятная дата, мимо которой нам  было трудно пройти. Но  все-таки  мы не военно-исторический музей.  Численность войск, оружие,  обмундирование  — не наша тема. Тогда родилась идея  рассказать о том, что было вокруг этой войны,  как царская семья жила в Петергофе в преддверии войны, что творилось в мире, чем интересовались люди. 

  И этот велосипедик —  часть той жизни.  Мы привезли  еще теннисную ракетку, кстати, в Александрии —  нижнем парке, где находился коттедж царской семьи, —   был создан один из первых теннисных кортов.  
— Красивый веер — тоже примета предвоенного  времени?
— Примета жизни. Дамы любили балы,  поэтому мы взяли вещи, которые имеют отношение к балу:  веера, перчатки, сумочки, бальные книжки, про которые  читали или слышали  все, но вряд ли видели вживую.
Я заглянула в святая святых —   бальную книжку. Изящная штучка, тоненький карандашик, как засов, запирает ее, но стоит его вытащить —  и  книжка раскрывается. На  одной стороне перечень танцев, на другой – имена кавалеров. Интересно бы узнать,  с кем танцевала императрица, но ее книжка не сохранилась…
— Бальные книжки держали  в сумочках,  иногда крепили на поясе. Как  украшения использовали и другие  изящные предметы. Где-то у нас было очень красивое маленькое зеркальце, но мы его еще не распаковали,  очередь не дошла.

Мелочей нет
На императорском стуле, самом настоящем, который стоял  в кабинете Николая II,   лежит  вполне современная, распечатанная на принтере схема.


—  Это план экспозиции, — объясняет  Ольга Александровна. — Мы продумываем, что будет стоять и что мы будем рассказывать в каждом зале,  чтобы посетителям было интересно. Эта выставка передвижная, она уже побывала в Архангельске и Пскове. Петрозаводск — последняя точка маршрута. Экспозиция несколько меняется в зависимости от помещений и площади. В Петрозаводске очень хороший музей, должно получиться интересно.


На пурпурном фоне  —  портреты Николая II и Александры Федоровны. Чтобы белые веревки не выделялись, сотрудники  музея забрались под потолок и красят их в красный цвет. В экспозиции нет мелочей.  
В этом  зале каждый предмет говорит о  дипломатии. Удивительной красоты  резной костяной шкафчик —  подарок японского императора. Недорогие  игральные карты раздавали публике, которая пришла встречать французского президента. Знаменитая французская карточная фирма Гримо сделала карты специально к этому визиту.  На картах изображены главы государств: Николай II  с супругой,  президент Франции,  знаменитые военачальники, а на числовых картах — Москва, Петербург, Петергоф, Версаль, Париж.  Это время рождения союза «Антанта».
— А эта привычная колода карт что здесь делает? Играете в свободное время?  – пытаюсь пошутить.

 У этих карт любопытная история. К 299-й годовщине династии Романовых был устроен грандиозный «Русский бал»». Все гости пришли в стилизованных под народные костюмах.  Потом был сделан альбом с  портретами, а к 300-летию царского дома  Петербургская карточная фабрика выпустила такую колоду карт. После революции, в 1922 году, когда фабрика возобновила свою работу, были использованы сохранившиеся штампы. Так что все  советские годы, да и сейчас, картежники  играют Романовыми.

 

Моя собеседница  может  о каждом предмете рассказать интересную историю. Например, о вазах, которые были знакомы со всеми дипломатами, послами, главами государств,  приезжающими  в Петергоф, о малахитовом письменном приборе из кабинета императора, сделанном по уникальной технологии русской мозаики...



За Отечество!
Но    тут распаковали яхту,  конечно,  не саму,  а уменьшенную   копию,  и позвали Ольгу Александровну посмотреть, как пережила переезд яхта «Александрия». Она внимательно    рассматривает канаты, обшивку,  каждую деталь. Все отлично.  
— Обратите внимание, на флаге — герб Александрии: на синем фоне белая роза и шпага, говорит она. — Для Александрии, где  находился  коттедж императорской семьи,  был создан герб и всем известный девиз: «За веру, царя и Отечество!»


Последний зал экспозиции  посвящен  рассказу  о  войне.  Дамам из  дома Романовых  уже не до танцев. Они служат   в госпиталях.
— Нельзя недооценить роль Красного Креста. Своими стараниями, уходом сестры милосердия вытаскивали с того света солдат. И это тоже страничка истории.   
Создавая выставку, мы пошли от предметов,  но они столь разнообразны, что их языком можно говорить обо всем: мире,  войне, любви,  ненависти,  счастье, отречении, жертвах, потерях и находках... Это и есть  музей. Здесь  каждый предмет  рассказывает свою  историю, а искусство музейных работников создает большую картину события. 

Выставка «Первая мировая. Петергоф. Прелюдия трагедии» открывается сегодня и будет работать до 17 декабря. После этого она возвратится в Петергоф.