Моя знакомая души не чает в лошадях. Она живет в Соединенных Штатах Америки. Думаю, что мне бы тоже нравились лошади, если бы не их наличие в нашем городе.
Понятно, что в Год лошади нам уж точно не удалось бы обойти вниманием эту тему. Но тут она вздыбилась настолько грубо и зримо, что и рады бы промолчать, да не получится. Даже если бы не произошла на минувшей неделе эта жуткая по своей абсурдности история о том, как эти животные распугали на лыжне школьников, буквально «наехав» на детей и их тренера, — прессе все равно пришлось бы не раз обращаться к теме выпаса, выгула и прочих «вы».Неслучайно поэт с ними был на «вы». «Лошадь, вам плохо?», — хочется спросить и местных — грустных, худощавых, раздраженных и терпко пахнущих.
Люблю гулять в выходные по центру города. Но обхожу стороной милые моему сердцу протоптанные тропы. Там поселились лошади. А где лошади — там сегодня (с сожалением признаю) грязь, беспорядок, лай собак, которые кидаются под ноги. Почему-то это всё выдают всегда в комплексе. А если еще добавить запрещающие знаки на гужевой транспорт, запрет мэрии на эти «покатушки», юный возраст тех, кто занимается сбором денег с желающих «эх, прокатиться», неоднократные и уже не смешные «попал под лошадь», — то начинает казаться, что город превращается из столицы в какой-то табор.
Впрячься в проблему и вытянуть этот воз никто не торопится. Закусив удила мы рыскали по площади Кирова в выходной, но ни одна мимо проезжающая патрульная машина не остановилась — хотя нарушения налицо.
Мои собеседники пожелали, чтобы их имена были изменены. Оба они — большие любители лошадей. Оба переживают за свой город. Но у них разное видение этой проблемы.
Мнение Филиппа:
Я в 25 лет в начале 90-х пришел заниматься в конно-спортивный комплекс на Древлянке. Этот спорт для любых возрастов. Тогда это был неплохой клуб, по всем правилам конюшня построена, фуражная, каретный и сенной сараи, ковачная была, как и должно. Ветеринарный кабинет с оборудованием. Левада и манеж огороженные, раздевалки для спортсменов. Потом там произошел пожар, восстановить сил не хватило, все стало ветшать, приходить в негодность. И я там больше не появлялся. Хозяева довели клуб до того, что лошади от голода дохли в денниках. Чтобы они не падали, им под брюхо заводили растянутые подпруги, на которых они и висели. Инструктора-девушки с трудом удержали все это хозяйство от окончательного распада.
Но если ты побывал в клубах Питера, Финляндии, Испании, то в петрозаводский клуб уже ходить не хочется. Должны соблюдаться строгие нормы. Ни в одном из наших так называемых клубов они не соблюдены. Это большая инфраструктура. И дело даже не в них самих. Совершенно неправильный подход: сначала я завел лошадь, а потом подумал, что с ней делать. Лошадь должна иметь ежедневный не только выгул, но и тренинг, моцион. Это даже не норма, это закон.
А у нас лошадей используют для зарабатывания денег. В сущности — для попрошайничества. Это отвратительное явление. Вот у нас правила, законы — но люди вытерли об них ноги и продолжают заниматься противоправными действиями, втягивая в это малолетних. На что тогда жить конным клубам? Как на Западе — там создается вокруг целый мир: гостиницы, сауны, рестораны, даже музеи. Все это приносит доход. Но пока клубы не обустроены, в них нельзя ходить заниматься спортом, в них животное не будет содержаться в комфорте. Лошадь — не хомяк, это большие вложения. Ей нужен корм, ветеринарное обслуживание, прочее. Если заранее знаешь, что тебе этот бизнес не потянуть, так зачем же начинать?
Насколько опасно несоблюдение правил в этом деле? Конная езда — это всегда строжайшая дисциплина. Мы не можем предугадать, когда лошадь выйдет из-под контроля, что ей может не понравиться. Даже курить в присутствии лошади нельзя. Для нее может сработать инстинкт: дым — огонь. Огонь — опасность. Опасность — побежали. И кто ее удержит, если ее выгуливает подросток? А если лошадь в это время везет ребенка? Если они выпускаются для прогулки — то в специально огороженное место, где есть преграды, которые они преодолеть не могут. В нормальном обществе по-другому быть не должно, исключено.
У нас как: нет трупа — нет прецедента. Пока ничего не случилось, не предпримут мер. Я лично был свидетелем, когда лошадь неслась на малыша. С трудом удалось предотвратить трагедию.
Мнение Ингрид:
У нас частная конюшня в парке. Таких много. Знаю семь в черте города. Лично я увлеклась, потому что с детства любила лошадей. Дед в белорусской деревне катал верхом до колхоза, ехала гордая! Маму в детстве просила записать меня в местный клуб, но меня не взяли по возрасту. А недавно случайно туда попала — ходила фотографировать. И осталась. Даже купила своего коня.
В меру возможностей мы, конечно, стараемся соблюдать все нормативы. Часто читаю в Интернете: не можете позволить себе содержать — не заводите. Мне это по силам, как и любому. Каждое хобби требует вложений. В нашем клубе у нас у каждой — свои лошади. Мы не стремимся выступать на них в большом спорте. Просто обустраиваем жизнь своей лошади, чтобы денники были просторные, чтобы была сыта и здорова. У нас пять лошадей, у каждой хозяин.
Дорого ли обходится? Зависит от запроса. Если хочешь породистого — конечно, они стоят космических денег. А если простую беспородную лошадку завести — недорого. Мне отдали моего коня за цену, и я даже не знаю, насколько она реальная. Мы платим за аренду, чтобы нам позволяли содержать свою лошадь в этом клубе. Самый большой расход — сено. За 16 тысяч рублей покупаешь 4 тонны сено, которого хватит на полгода. Можно накопить. Это подъемно. Я занималась бальными танцами — там один костюм может стоить 10 тысяч. Яхтинг, кайтинг — все дорого.
Выезжаем ли на «покатушки»? Нет. Мы нет. Но мы зовем к себе. Желающие могут прийти к нам и совершить часовую прогулку. Городским прокатом не занимаемся (это то, с чем вы сталкиваетесь на площади Кирова). Но сами мы выезжаем. И по дороге никто не говорит: «садитесь, прокачу». Вижу, что на площади запрещено и другие туда выходят. Если им совесть позволяет… что ж. Но они сами себе роют яму и нас подставляют. Никто не будет разбирать: вы катаете, а вы нет. Санкции будут одни на всех. Власти разбираться не будут, скажут — вы все лошадники, и пострадают от запретов все одинаково.
Что мы делаем, чтобы не нанести урон окружающей среде, обезопасить прохожих? Насчет продуктов жизнедеятельности — средство одно: пакет и перчатка. Когда мы базировались на Птицефабрике, была другая ситуация. Бабушки сразу бежали с ведерочком: не убирай, миленькая, я сейчас себе на огород. А сейчас мы ездим с перчаткой. Видим, что многие ленятся даже в кусы выкинуть, лежит на дороге. А что касается безопасности — мы ездим там, где меньше всего ходит людей. Есть протоптанные нами тропы. На набережную выходим в будни днем, когда нет народу. В выходные туда даже не суемся.
В любом случае — если вы пришли к нам покататься или заниматься — мы следим, мы рядом. У нас ездят в загоне, мы водим лошадь на корде. Пока не научишься, не найдешь контакта с лошадью, никого в поле не выпустят. Страхуем. Всегда инструктаж проводим, когда выходят на часовую прогулку, и рядом идем.
Сама ситуация, что лошади вышли одни гулять на Кургане — не понимаю, как такое могло случиться. Такого быть не должно! Это на совести устроителей клуба.
От редакции: вчера на публичных слушаниях вновь обсуждались правила городского благоустройства. В частности, поднимался наш вопрос. Народ проголосовал за то, чтобы запретить «проведение аттракционов по катанию на лошадях и пони, выпас скота на улицах и в скверах, кроме специально отведенных мест». Мест этих мы пока не знаем. Также как не знаем, кто в очередной раз будет следить за соблюдением правил. Филипп неоднократно обращал внимание полиции на то, что творится на площади Кирова. Ему приходил отказ в возбуждении дела об административном правонарушении.
Фото предоставлены героями публикации