10 января 2018, 07:00
1295

Без права на индексацию, без шансов на компенсацию

Как экономят на сиротах и обирают опекунов и приемных родителей. 

Удивительно жлобское, более точного слова, простите, не смогла подобрать, у нас государство. Как только доходит до самых малообеспеченных и обездоленных, так в «мозгах» государственного аппарата что-то то ли переклинивает, то ли перегорает, то ли отказывает. В результате вместо адекватной поддержки получается безжалостно-суровая фига, надежно подкрепленная законодательными актами из яростно работающего «безумного принтера». Вот взять хотя бы детей-сирот и опекунские семьи. 

Зарплата есть, работодателя не найти

Пенсионерка Валентина Фроленкова из поселка Кестеньга Лоухского района воспитывает двоих внуков. Дочь лишили родительских прав, и пенсионерке пришлось забрать детей к себе, оформив над ними опекунство. Пособие на ребенка, оставшегося без попечения родителей, составляет сегодня 10 805 рублей.  За эти деньги опекуны обязаны ежегодно отчитываться, предоставляя чеки на приобретение товаров. По нормативам, на питание ребенка ежедневно должно тратиться 350 рублей. Несложно посчитать, что пособия на содержание ребенка едва хватает на еду, причем рассчитанную на весьма скромные аппетиты и незатейливые запросы.

Судя по размерам пособия, одежду, обувь, предметы гигиены, канцелярские товары, постельные принадлежности и все остальное опекун должен приобретать из собственных доходов.     

Опекун получает денежное вознаграждение за воспитание ребенка. Это чуть более 7 тысяч рублей в месяц. В феврале 2017 года всем неработающим пенсионерам проиндексировали пенсии. А мне в индексации отказали. В Пенсионном фонде посчитали, что раз я получаю вознаграждение за внука, то, значит, работающая пенсионерка. Я обратилась в суд. Сегежский городской суд встал на мою сторону, обязав Пенсионный фонд провести индексацию моей пенсии. А Верховный суд Карелии, где это решение Пенсионный фонд обжаловал, посчитал, что никакой индексации мне не положено, и отметил решение Сегежского суда,

- рассказала Валентина Фроленкова.

Теперь она считается работающей пенсионеркой, хотя все ее попытки отыскать своего работодателя оказались тщетны. Мало того, ей из своего нищего бюджета еще нужно отыскать три тысячи рублей, чтобы оплатить судебные издержки, так как иск она проиграла. 

- Если я работающая пенсионерка, то где же мой работодатель? Кто предоставит мне оплачиваемый отпуск? Кто должен оплачивать раз в два года расходы на проезд к месту отдыха и обратно? Куда я ни обращалась, везде мне отказывают. Получается, работа у меня есть, а работодателя нет! - недоумевает женщина.

По подсчетам Фроленковой, из-за того, что ей отказали в индексации, она ежемесячно теряет 800 рублей. 

Это все так ужасно несправедливо! Неужели государству будет лучше, если дети окажутся в детском доме, а не в семьях? У нас пытаются последнюю копейку отобрать. В благодарность за то, что я взяла на себя заботы о внуках, меня и индексации пенсии лишили, и компенсации расходов на проезд. Разве так можно?

- в отчаянии сказала пожилая женщина.

Денег нет, но вы держитесь

У пенсионерки из поселка Лоухи Галины Сидоровой на воспитании находится внучка. Женщина тоже получает пособие на ребенка и так называемое денежное вознаграждение в размере 7,1 тысячи рублей в месяц. После индексации она с ужасом поняла, что прибавка к пенсии ей не положена, так как она оказалась в армии работающих пенсионеров. По подсчетам Сидоровой, из-за отказа в индексации пенсии в месяц она теряет порядка 1,5 тысячи рублей.

- Пособие на ребенка нам не повышали уже четыре года. Денег с трудом хватает на еду. Мне 62 года, помочь некому. За «коммуналку» приходится платить 7,5 тысячи рублей. У внучки хроническая крапивница, приходится постоянно вызывать скорую. Лекарства приобретаем за свой счет, а без них она не может. Ездили на лечение в Смоленск, пришлось заплатить за дорогу 15 тысяч рублей. Для нас это очень дорого. Скоро нужно в Петрозаводск в больницу ехать, не знаю, откуда деньги взять на дорогу.

У меня такое чувство, что в Карелии вообще забыли, что дети-сироты на свете есть. В других регионах как-то помогают, выделяют деньги на одежду, обувь, помогают с лекарствами, а у нас один ответ — денег нет.

Выживаем каким-то чудом, во всем себе отказываем. Хоть бы пособие на ребенка до прожиточного минимума проиндексировали, а то получается не поддержка, а какая-то подачка, - с отчаянием в голосе сказала Галина Сидорова.

У Антонины Клещук сын давно погиб. Она воспитывает уже третьего приемного ребенка. На учебный год она переезжает к дочери в Кондопогу, где лучше с учителями, а лето проводит в поселке Чупа Лоухского района. 

- Не могу без детских голосов. Когда маленькая была, мечтала воспитательницей в детском садике работать. Но не получилось, - объяснила она.

Самого младшего приемного ребенка - Олега - она забрала из детского дома в Кестеньге пять лет назад. Позднее выяснилось, что у мальчика серьезные проблемы со здоровьем. 

- Я его воспитываю вот уже пять лет. Последнее повышение опекунского пособия на содержание ребенка было в январе 2013 года. С этого времени его ни разу не повышали.

Когда я взяла на воспитание Олега, суточная норма на питание была 126 рублей. Мы отчитывались, вроде бы этих денег хватало. Сейчас по отчетности на питание мы должны тратить 330-350 рублей в сутки.

И что остается от пособия на одежду, обувь, на другие расходы? Ничего. Я не могу его отдать в спортивную секцию, у меня элементарно не хватает денег, - рассказала Антонина Клещук.

Она как приемный родитель получает вознаграждение 7,1 тысячи рублей в месяц. Антонина Клещук, которой назначена небольшая пенсия 11,7 тысячи рублей, тоже попала в разряд работающих пенсионеров, которым индексация их пенсионных выплат не положена.  Если, конечно, не считать прибавки в 20 рублей, которую Клещук получила в августе 2017 года как работающий пенсионер.

- Я пенсионер, проживаю в Лоухском районе - на территории, приравненной к Крайнему Северу. Мне обязаны оплачивать проезд раз в два года к месту отдыха и обратно. Но я и этого не могу получить. Я пыталась компенсировать расходы на проезд от поселка Лоухи до Кондопоги и обратно. Обратилась в Пенсионный фонд, там сказали, что не положено, так как я работающий пенсионер. Я поинтересовалась, где же мне искать моего работодателя, но в Пенсионном фонде не знают. Я пошла в администрацию Лоухского района, там развели руками, мол, идите в соцзащиту. Я — в соцзащиту, а там меня опять в Пенсионный фонд послали. В общем, пинали меня, пинали, и нигде я ничего не смогла получить, - рассказала Клещук.

Она считает, что, несмотря на усилившуюся официальную риторику о важности опекунства,
органы власти с каждым годом все более безразлично относятся к приемным семьям. Во всяком случае, в Карелии. 

- Когда я воспитывала Лену и Петю, из отдела опеки на Новый год давали подарки детям. Но в последние года два их вообще перестали давать. В отделе опеки ссылаются на то, что нет средств на подарки. Вот только что сама смогу купить, и в школе на наши деньги что приобретут, то ребенок и получает, - с грустью добавила женщина.

Закон суров и несправедлив

Позиция Пенсионного фонда, отраженная в многочисленных судебных решениях, предельно проста: опекуны, получающие денежное вознаграждение за воспитание детей, взяли на себя обязательства по оказанию услуги, а значит, не могут быть причислены к неработающим пенсионерам. То, что с этого вознаграждения удерживаются налоги и производятся отчисления страховых взносов в Пенсионный фонд, является дополнительным аргументом против несчастных, считающих каждую копейку пенсионеров. В общем, получил вознаграждение в 7 тысяч рублей - отстань от государства, которому давно нет дела до слабых и бедных. 

А что же с компенсацией расходов на проезд раз в два года, на который имеют право не только пенсионеры, но и любой штатный работник? Для территорий Крайнего Севера законодательно закреплено, что работодатель обязан оплатить расходы — хочет он того или нет. Осталось только понять, где искать того работодателя, который обязан компенсировать расходы опекунам и приемным родителям. За разъяснениями мы обратились к заместителю министра соцзащиты РК Алексею Деткову. 

Алексей Детков сказал, что с подобными проблемами в министерство обращений пока не было. 

- Не каждый работающий человек получает компенсацию расходов на проезд к месту отдыха и обратно. Есть различного вида гражданско-правовые договоры, - сказал Детков.

По его словам, законодательством не предусмотрена оплата проезда к месту отдыха и обратно для опекунов, получающих от государства денежное вознаграждение. Во всяком случае, из средств органов социальной защиты. 

- То, что они считаются работающими пенсионерами, но не получают компенсацию к месту отдыха и обратно по линии Пенсионного фонда, я считаю неправильным, - сказал Детков.

Заместитель министра соцзащиты считает, что опекунам и приемным семьям имеет смысл обратиться в суд, чтобы вернуть себе право на компенсацию проезда. 

Я думаю, что шансы у них есть. С точки зрения логики, они должны получать компенсацию расходов на проезд к месту отдыха и обратно,

- сказал Алексей Детков.

Он порекомендовал обращаться в бесплатное государственное юридическое бюро РК, расположенное в Петрозаводске на проспекте Ленина, 4.       

Итак, единственный путь вырвать у государства льготу на компенсацию расходов на проезд — опять идти в суд. Сомневаюсь, что опекуны из Кестеньги и других небольших поселков, расположенных за сотни километров от Ленина, 4, смогут последовать этому совету. Для большинства таких семей целая проблема — собрать деньги, чтобы показать ребенка петрозаводским врачам. Да и боятся люди теперь в суд идти.

Мои собеседницы не скрывали, что три тысячи рублей, которые им придется выплатить в качестве судебных издержек, они восприняли как наказание: мол, это вам за то, что много выступаете.

Для скромного бюджета опекунов, воспитывающих сирот, три тысячи рублей — настоящий удар. 

Казалось бы, вот оно — прекрасное поле для законодательных инициатив наших многочисленных слуг народа. Очевидно, что несправедливо платить пособие на ребенка, которого хватает, даже по скудным государственным меркам, только на еду. Цинично лишать пожилых людей индексации полунищенской пенсии только за то, что они взвалили на себя ответственность за сироту. Жестоко отнимать у людей право хотя бы раз в два года съездить на отдых с  ребенком, которого судьба лишила родных родителей. 

Увы, пока депутаты предпочитают заниматься более важными проблемами. Например, карельские законодатели недавно запретили рисовать на асфальте и жарко спорили о штрафных санкциях. Может, уже выйти с инициативой и уравнять депутатскую зарплату с опекунским пособием или хотя бы средней зарплатой по региону? Вдруг эта мера поможет «слугам» очнуться от глубокого законотворческого забытья…

Антонина Кябелева's picture
Автор:

В прошлом веке защитила кандидатскую диссертацию по философии. Правда, не может философски смотреть на вранье, продажность и  «распил» денежных средств. Эмоциональна, слишком часто говорит то, что думает. Очень любит путешествовать, особенно за границу. После поездок добреет и не столь остро реагирует на язвы общества. Но очень недолго. Мечтает уйти с головой в туризм и обрести душевное равновесие.