Мой папа совершенно не умеет врать. Поэтому мой детский вопрос: «А есть ли где-то настоящий Дед Мороз?» — поставил его в тупик. За кулисами я наблюдала за тем, как «короли» и «крестьяне» клеят себе бороды и усы, и подозревала, что Дед Мороз на Елке в театре тоже в этом смысле нечист на руку.
Я узнавала под надвинутыми на косматые белые брови шапками знакомые актерские лица, мне по-особому улыбались Снегурочки, размахивая белобрысыми косами, взятыми — я точно знала — из сказки про Морозко. А однажды стала свидетелем кощунственной сцены, когда Пекка Микшиев устроился пить кофе на бабушкиной кухне, даже не стерев розовые щеки. Короче, папа выкрутился так: Дед Мороз настоящий, наверное, где-то есть, но мы его вряд ли когда-то увидим, потому что он один, а детей много. Поэтому его заместителями работают артисты. В общем, сумел и не наврать, и сохранить мою маленькую веру в чудеса. Спасибо папе.
Я сижу и пишу, а на улице падает снег. Он как раз такой, каким его рисуют в рождественских сказках — медленные крупные хлопья. И темно. И в свете фонарей он обрастает золотым сиянием. И хочется чуда.
Пока медленно падает снег, я успеваю подумать обо всем на свете. Например, про то, что случилось в уходящем году. «Бурановские бабушки» побывали на Евровидении, произвели фурор. Чем плохо? Их, правда, злопыхатели оборжали… Надеюсь, бабушки не читали этого. Прославилась и другая поющая группа — «Pussy Riot». Девчонкам — здоровья и терпения. Кореец сплясал на миллиард просмотров на Youtube. Gangnam Style хоть и не мой стиль, но он все равно молодец. Бозон Хиггса открыли, чем напугали меня до смерти. Думала, вот с ним-то и начнется, как и предсказывали, конец света. А он взял и пролетел мимо. Впрочем…
Пока медленно падает снег, я думаю о том, что мне тепло и хорошо у включенного компьютера, а мои друзья четверо суток сидели без электричества. Как раз в дни конца света. А сегодня выяснилось, что 10 дней нет воды в другом доме. Ну куда это годится? Каменный век все ближе… Когда в нашем дворе что-то рвется и ломается, приезжают коммунальщики, чинят тяп-ляп и каждый раз пророчествуют, что дальше будет только хуже. Потому что все старое. А на новое денег нет. Не понимаю, почему люди создают смартфоны, развивают нанотехнологии, глонассы строят разные, а новые сети проложить не могут. И не накажут ведь никого за то, что мои друзья сидели со свечками, а горячий чай пили только в гостях и на работе. Не подумайте, я не за наказание. Просто — так нельзя с людьми. Нельзя и все.
Пока медленно падает снег, мне не хочется думать о событиях в стране. Особенно про политику. Путин… Ну что Путин? Он летал с журавлиной стаей. Это все, что я сегодня помню о вновь избранном Президенте своей страны. Все остальное — оставило лишь тягостное, мутное ощущение, что что-то было, но что-то нехорошее.
Пока медленно падает снег, я думаю о том, что королева Великобритании скоро станет прабабушкой. И чего пресса так накинулась на бедную принцессу? Ладно бы она забеременела от кого-то другого, тогда да — скандал и повод для репортажей. А так — нормальное житейское дело, мужний ребенок, всего-то в клинике токсикоз подлечили. Но успели довести до суицида несчастную медсестру. Вот и как теперь этой принцессе дальше жить и носить ребенка, когда трагедия произошла? Правильно я не хотела быть журналистом.
Пока медленно падает снег, я узнаю из сообщений в сети, что на российской дороге погиб путешественник из Японии. Он покорял все самые высокие вершины мира. Он не боялся медведей в лесу, останавливаясь в палатке в том месте, где ему удобно. Он ездил по миру на велосипеде совсем один. Когда мне рассказывали про него, я поразилась его мироощущению. И вот сейчас его нет. Проклятые российские дороги… Сколько бы не говорили про то, что это почти естественно и такое случается, но есть что-то неправильное тут у нас.
Пока медленно падает снег, я вспоминаю, что платье моей мечты так до сих пор и не сшито. И можно мечтать по вечерам, и чертить угловатые вытачки, и рисовать фантастические фасоны, каждый раз новые. И надеяться, что когда-нибудь и до него дойдут руки.
Пока медленно падает снег, я прихожу к выводу, что платье пусть остается несбыточной мечтой. Главное, что мужчина моей мечты уже здесь, рядом. И можно протянуть руку и дотронуться до его вихров. А он принесет мне чаю и пожалеет. Потому что работы у нас всегда так много, а времени на ласку всегда так мало.
Пока медленно падает снег, я успеваю загадать желания. Помните, как в детстве мы мечтали о волшебной палочке? Успеть крикнуть, чтобы не было ядерной войны! Чтобы все люди были здоровы! Дальше фантазия, правда, буксовала… Потому что хотелось, конечно, чего-то для себя лично, но все эти желания были настолько мелки по сравнению с тем, что может дать волшебная палочка, а главное — так часто менялись — что их как-то неловко было произносить вслух. Мы выросли, и теперь я загадываю безо всякой волшебной палочки вполне конкретные желания. Чтобы не было ядерной войны — это раз. Чтобы были здоровы все люди — это два. И для себя лично — чтобы ценить то, что дается. Потому что самое лучшее в жизни дается — ну совершенно незаслуженно.
«Смотрите — кока-кольный поезд поехал!» — недавно воскликнул наш самый большой романтик, оператор Женечка. И мы всей редакцией как по команде бросились к окнам. Красная, сверкающая фура с новогодней символикой неторопливо разворачивалась на неудобном перекрестке. А мы стояли сгрудившись у окна, прижав носы к стеклам. Фура буксовала, взбивая снежные буруны. А мы стояли и смотрели. И стало очень тихо. Мы ждали чуда.
Это хорошо, что снег падает медленно, и можно успеть разобраться в себе и в своих мыслях, все плохое оставить в уходящем году, а все хорошее попросить у Деда Мороза. Пока медленно падает снег, чудо успевает произойти — хотя бы в моей маленькой жизни. Не зря, выходит, в этом году открыли Бозон Хиггса и назвали «частицей бога».
P.S. Снег все падает, я радуюсь своему счастью, и только дворник Надежда тяжко вздыхает, неутомимо орудуя лопатой. Помоги ей, Дед Мороз, ау!