Родительское собрание в школе. Родители шумно выражают свое удручение сообщением учительницы о том, что во втором классе дети будут учиться и в субботу – пятидневки больше не будет. Дети устают и совсем никакие, — причитают родители. Учителя тоже устают и совсем никакие, — причитает учительница. Как вдруг сквозь стон и плач прорывается мужской голос: «Родителям тоже тяжело… они тоже в субботу никакие… после пятницы!» — и задорное радостное ржание.
И я порадовалась, друзья. Потому что еще совсем недавно подобная реплика в подобной ситуации была бы немыслимой. И вовсе не потому, что в советской стране употребления алкоголя не было, как и секса. А потому что говорить об этом было нельзя. Это нужно было делать украдкой, под покровом ночи и дрожа крупной дрожью от страха разоблачения и публичного линчевания. Сейчас у нас уже появился и какой-никакой секс, и феномен «вечер пятницы» со всеми вытекающими. Кроме того, у нас теперь можно, чтобы родители были живыми людьми. Не благомыслящими, как гипсовый бюст Ленина, не героями оруэлловской антиутопии, а живыми людьми, которые хотят иметь свой вечер пятницы и субботнее утро на утро. И на мой взгляд, это не может не радовать.
А шестидневка – это не просто зло, это издевательство над детьми. Как и вся советская школа.